Детектив к лету

 – Вы говорите о нас так, словно мы псы какие-нибудь.

– Не псы, так ищейки! – махнул рукой Юлиан. И, обернувшись к отцу, сказал: – Папа! Не мешай им выполнять их служебный долг. – Губы парня скривила презрительная усмешка.

– Разумные слова, – невозмутимо проговорил следователь. – Так что? – обернулся он к Горскому-старшему.

Тот точно так же, как совсем недавно его сын, махнул рукой, проговорив при этом:

– Подозревать семью жертвы в покушении на ее жизнь – это какой-то абсурд.

Следователь решил повременить с сообщением о том, что Анастасия Горская скончалась.

* * *"

"После опроса подруг Анастасии Горской и получения экспертизы следователь и оперативники вернулись в дом Горских, на этот раз погруженный в траур.

Незваных гостей на пороге встретил сам хозяин, он смерил их хмурым взглядом и спросил:

– И чего вы на этот раз здесь забыли?

– Мы пришли за вашим сыном, – коротко ответил следователь. – Юлиан Вадимович дома?

– Что значит – за моим сыном? – удивился Вадим Евгеньевич.

– Мы войдем? – вместо ответа спросил следователь.

Горский-старший молча посторонился, и пришедшие вошли в квартиру.

– Так, где вы, говорите, ваш сын? – повернул голову в сторону Горского-старшего следователь.

Вадим Евгеньевич то ли хотел позвать сына, то ли предупредить его. Он взял в руки телефон, но в эту самую минуту в гостиную вошел Юлиан.

– Кого я ви-ижу! – протянул он насмешливо, не здороваясь.

Следователь на этот раз не стал сдерживаться и, хмыкнув, заявил:

– Мы по вашу душу, Юлиан Вадимович.

– Зачем же вам моя душа? – сделал вид, что удивился, Юлиан. – Насколько я понимаю, вы не Господь Бог.

– И даже не дьявол, – парировал следователь, – и тем не менее мне понадобилась ваша грешная душа.

– Даже так, – обронил Юлиан и сел в кресло.

Следователь сел напротив, оперативники разместились, не дожидаясь приглашения, на диване.

– Мы считаем, – перестав играть в прятки, проговорил следователь, – что вы причастны к убийству вашей мачехи.

– Шутите? – Брови Юлиана поползли вверх.

– На одном из носов вашей навороченной туфли обнаружена ее кровь, – проигнорировав восклицание Юлиана, сообщил следователь.

– В этом нет ничего удивительного!

– В смысле?

Юлиану хотелось бросить в лицо этому упертому следователю: «В коромысле!», но он сдержал нарастающее в нем раздражение и пояснил:

– Она, я имею в виду Настю, порезала руку на кухне. Авдотьи ведь нет, вот она и решила порадовать отца готовкой.