Десять ночей с бывшим

"

"Заметил маячивших в поле зрения консультанток и поманил их пальцем. Не знаю, что они обо мне думали к тому моменту, но девочка шла ко мне на подгибающихся ногах и с паникой в глазах. И с чашечкой кофе.

- В-вот… - сказала она робко, поставив блюдце на подлокотник кресла, в котором я развалился, разглядывая переодевающуюся Соню.

- Да нахер ваш кофе! - Рыкнул я, и она чуть не описалась от ужаса. - Платье подберите нормальное!

- Мы не понимаем… - честно призналась девчонка. - Что вы хотите?

- То, что хочет любой мужчина.

Чтобы его женщина выглядела как дорогая шлюха. Очень дорогая шлюха. Ясно? Чтобы в этом платье ее хотели отыметь все от тринадцати до ста лет, но по его виду было понятно, что стоит оно столько, что обе почки продашь и все равно мало будет. И…

Я остановил мелко закивавшую девицу.

- Вы видели фигуру моей женщины? - Вполголоса поинтересовался я. - Я хочу, чтобы ее видели все!

Как я и думал, лучшей стратегией было запугивание персонала. Через пять минут Соня вышла ко мне в черном платье с открытой спиной, коротком настолько, что полоска кожи над чулками мелькала, стоило ей лишь немного согнуться, а сбоку было видно стоячую упругую грудь.

Туфли пришлось сменить.

Прическу… Не уверен, что ее замечал хоть кто-нибудь.

У меня пересыхало в горле и топорщились брюки, когда я переводил взгляд на Соню.

Купить костюм было дело пяти минут. Впрочем, я мог одеться клоуном из Макдональдса. Рядом с ней этого бы никто не заметил.

- Сядь сзади, - попросил я, когда мы подошли к машине, чтобы ехать в «Голд-Элит».

Я все же хотел туда сегодня добраться и не попасть в аварию.

Алекс. Моя?

На общем корпоративе, конечно, и вполовину никогда не было так весело, как на топовом. Потому-то начальство там всегда задерживалось очень ненадолго. А вовсе не затем, чтобы не смущать работников, как бытует мнение. Если кто хотел остаться, можно было подняться к Шахову и там у него продолжалась вечная вечеринка с кокаином и телками, да где б столько здоровья взять…

Конечно, мы опоздали.

Конечно, так было задумано: подогретый народ встречал нас как на церемонии «Оскара». Криками, звоном бокалов, аплодисментами. Даже красная дорожка была. И дрожащие пальцы Сони в моей руке, и натянутая ее улыбка, когда нас снимали на мобильники девочки и мальчики с нижних уровней экономической пирамиды. Уже одно то, что Соня была тут, а они там, показывало им, на каком месте она будет в «Голд-Элит».

В зале, впрочем, на нас перестали пялиться.