Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Не надеялась быть для него самой-самой. Может быть, лучше послать Сотникова в пешее эротическое, пока я ещё не слишком сильно вляпалась в этого парня?

– Маша, мне действительно жаль. Я сорвался.

– И сколько ещё ты собираешься срываться? – откидываю голову назад, удобнее устраиваясь на лежаке. – Сколько Регин, Полин, Марин и Кать я должна выдержать?

– У меня, по-твоему, никаких причин нет? – взрывается Сотня.

– Нет, – пожимаю плечами. – У тебя нет. В отличие от меня.

Он садится на лежак рядом со мной и суёт в руки свой телефон.

Понятненько. Гадский Ян.

Но если кто-то до последнего считал брата Сотникова противным, то это и вполовину не описывает его. Просто конченный чудак на букву «М».

Мда…

Становится понятным, почему Дима никогда прежде о нём не говорил. Будь у меня такой же родственник, я притворялась бы чужим человеком или прятала засранца.

Тошнит. Только от того, что такие люди спокойно ходят по земле.

«Как думаешь, через сколько твоя мышь сдаст свои бастионы?»

Или вот ещё:

«На мыши пробы ставить негде.

Не грузись, если она назовёт тебя ночью моим именем»

И ловите коронное:

«Способная малышка, скажи, братец?»

А помимо всего в их вложениях была моя фотка. Очень грязно отфотошопленная.

Козёл!

Сжимаю телефон в руках. Костяшки пальцев смертельно бледнеют. Мне кажется, будто внутри меня начинается извержение вулкана. Или торнадо, готовый снести всё живое и мёртвое на своём пути.

– И ты поверил? – чужим голосом спрашиваю я.

– В это нет, – ответил Дима.

– Ладно. А его вранью?

– Маш…

– Ясно, – зло поджимаю губы. – Ну так вот, Сотников. Пока ты ставишь слова других людей выше, чем мои, то твой максимум сам знаешь какой.

К счастью, вернулись Мирослава и Никита. Тарасов зависал где-то на заднем плане. Дима зачем-то продолжал оставаться рядом, но одного моего взгляда хватило, чтобы он оставил нас с подругой наедине.

– А где Медведева? – Мира садится рядом и протягивает мне стопку сухой одежды. – Надеюсь, её никто в воду никто не толкнул?

– Нет, опять отец забрал, – отрицательно покачала головой. – Вы долго. Всё хорошо?

Князева выглядела не самым лучшим образом. Дёрганая, нервная, на щеках нездоровый румянец.

Впрочем, немудрено. Учитывая, что с ней был Ник. С этими парнями ни секунды покоя. Но, кажется, дело тут серьёзнее, чем обычный стандартный напор от Тарасова.