Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Давай не будем притворяться равнодушными.

– А просто займёмся сексом? – усмехнулась, упираясь ладошками в его грудь.

– Почему нет? – целует в шею, прикусывая за нежную кожу. – Зачем отказываться от того, чего так жаждешь?

Философ нашёлся. Но почему эти слова кажутся правильными?

Его губы накрывают мои и мне хочется оттолкнуть его. Врезать пару раз, чтобы уже остыл, но почему-то не делаю этого. Наоборот, запускаю руки в волосы Димы и отвечаю на поцелуй. Чувствую горячие ладони на своей коже, как юбка платья бесстыдно ползёт вверх.

– Дим, подожди…

– Ждал, – целует жадно и бескомпромиссно. – Время вышло, Маша. У нас всё будет.

Всё!

Стесняюсь спросить, а всё, это как? Слов не потребовалось. В следующую минуту я получила ответ на свой вопрос.

Впивается в мой рот своими губами, одновременно расстёгивая ремень на брюках. Я слышу, как звенит бляшка. Пробую сопротивляться напору Сотникова, но каковы шансы?

Обхватываю его за пояс ногами, с жаром отвечая на ласку.

Разрывает кружево нижнего белья прямо на мне, быстро раскатывает по каменному стволу защиту и тянет меня на себя.

– Дим!

Не слушает, стискивая в стальных объятиях.

– Расслабься, – шепчет на ухо, покрывает поцелуями шею. – Расслабься, Маша. Я уже в тебе. Назад не получится.

Припадает к моим губам, медленно наращивая темп. Комод трясётся подо мной, вещи падают на пол. Но всё это абсолютно для нас не важно.

От боли я даже прокусила до крови губу и со всей дури вжалась в Диму.

– Ты как? – взял за подбородок и посмотрел прямо в глаза.

– Знаешь, как-то не айс… можно я уже пойду?

– Маша, блин!

– Я не впечатлена, – поджала губы. – Больно, неудобно, никакого тебе фейерверка и огня перед глазами, неба в алмазах я тоже не видела. Ноги затекли. Я устала.

– Знаешь, у меня сейчас появится комплекс неполноценности.

Подхватил под попу и через несколько шагов швырнул на что-то мягкое.

Смутилась от его вида. Даже щеки покраснели. Прямо почувствовала, как румянец заставил меня гореть.

Бесподобный. Напряженный. На загорелом теле проступают капельки пота. Скольжу глазами вниз. Разглядывая рельефный пресс и его возбужденный, перевитый венами член, в капельках нашей страсти.

– Нравлюсь? – самодовольно усмехнулся Сотников.

– Он… не маленький.