Десять поцелуев, чтобы влюбиться

– Глупости! – фыркнула сердито. – Один раз прокатилась с однокурсником, а нас уже поженили. Я ни с кем не встречаюсь, мам.

– Ну, – замялась родительница. – Я только рада, если ты будешь проводить время с молодыми людьми, а не только с Мирой. Только думай про последствия, пожалуйста.

Ауч!

Официально заявляю – мою мать подменили. Настоящую похитили пришельцы, а подсунули взамен какую-то лайтовую копию. Версия для выходных или праздников. Не, верните назад ту, она мне больше нравилась.

– С чего такие перемены, ма? – скрестила руки на груди.

– Да что эта магистратура, – махнула рукой. – Конечно, это бы не помешало. Но, знаешь, села вчера и подумала. Не хочу, чтобы моя единственная дочь сбегала из дома и боялась назад вернуться. Просто пообещай взвесить все «за» и «против», ладно?

– Хорошо, мам.

Ничего не понимаю…

Какие-то поистине фантастические перемены. Так не бывает!

– Но я поддержу и любое другое решение.

– У тебя сдвиг по фазе, мамуль? – вздохнула и всё-таки вылезла из постели. – Я тоже переборщила, устроила показательную истерику. Мы обе отличились.

– Точно, – улыбнулась она, хлопая себя по коленям. – Ладно, давай прибегай на кухню, а то у меня блины на сковородке. Будем иначе горелые лопать.

Покачала головой, пытаясь как-то вникнуть в происходящее, но ничего не понимала. Мы редко с мамой говорим вот так просто.

Напрягает эта семейная идиллия. Какое-то пугающее затишье перед бурей. Но, вопреки всем моим опасениям, утро прошло просто замечательно. С блинчиками, кофе и малиновым вареньем. Пальчики оближешь!

Потом решили пройтись по магазинам, купить что-то для дома и порадовать самих себя обновками.

Быстренько побежала в душ, отмокая под струями тёплой воды. Завернулась в полотенце и вернулась в свою комнату. Хорошо, что плотно обмоталась. И плохо – не накинула тёплый махровый халатик в пол.

Потому что картина маслом.

Моя уютная кроватка, заправленная розовым пледом, а на ней развалился Сотников с учебником по зарубежной литературе. Причём, книгу этот дебил держал кверху тормашками.

Вопрос номер один – как он сюда попал?

Впрочем, ответ нашелся быстро – настежь распахнутое окно говорило само за себя.

Ой, идиот! Убился бы, кто отвечал?

Правильно!

– Офанарел совсем? – уперла руки в бока.