Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Конечно же, Князеву мы никуда не отпустили, оставили на вынужденную ночевку. Ну куда ей ехать домой в таком состоянии?

В итоге с подругой мы проболтали до глубокой ночи и, уже ложась спать, Мира внимательно на меня посмотрела и произнесла:

– Я не хочу быть такой слабой.

– Князева, ты сильная. Это не он тебя бросил, а ты его. Пусть подавится своим проклятым пари.

– Спасибо тебе, – она вымученно улыбается, но по щеке скользит одна горькая слезинка.

– Боже, да за что?

– За всё, – пожимает плечами Мира. – Без тебя я бы сломалась.

– Для чего ещё нужны подруги?

– Лучшие подруги, – обнимает меня, и мы стискиваем друг друга в объятиях, сидя на моей кровати.

Укладываемся спать, накрывшись одеялом. Фоном включаем какую-то ванильную дораму, в которой парень всячески добивается девушку и в конце, конечно же, у них случается любовь.

– Фу, как сладко, – отмечаю я.

– Ага. Ужас. Смотреть противно.

– И не говори.

Повисла мертвенная тишина. В фильмах обычно что-то страшное происходит в такие моменты.

– Никто не должен узнать про этот спор, – с чувством заявила Мирослава, размазывая по лицу соленые капли.

– Не узнает.

– Спасибо, что сохранишь это в тайне. Наверное, тебе очень хочется врезать Сотне по яйцам за то, что посмел поспорить на тебя.

– Мне на него плевать. Эти два идиота не достойны нас.

И как бы было замечательно, окажись всё сказанное мной правдой.

– Точно.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

***

Пары мы ожидаемо проспали. Странно, мама нас даже не разбудила.

Тихо вылезла из постели, стараясь не потревожить Миру и вышла из комнаты. На холодильнике обнаружила записку от родительницы:

«Уехала в консультацию. Выходной в будний день – разовая акция, не привыкай. Целую, мама»

Возвращаюсь к себе. Мира уже сидела на кровати, сооружая из волос аккуратный пучок.

– Доброе утро.

– Доброе, – фальшиво улыбается подруга. – Маш, а Дима тебе совсем не нравится, ни капельки?

Этот вопрос застал меня врасплох. Вернее сказать, он прозвучал так, словно Мира безжалостно выстрелила из пистолета прямо мне в голову.

"Под ребрами болезненно потянуло, я вся сжалась, почти ощущая, как пустота внутри расползается по моему искалеченному разуму. Ментальный ад – это особенно жестокая пытка. Потому что единственный палач там – ты сама.

– Совсем, – запоздало ответила. – Я таких, как он органически не перевариваю. Знаешь, он будто яблоки сорта фуджи. Глянцевые, красивые, сладенькие, но… это лишь маска.