Десять дней, девять ночей

Жаль, не получается уснуть.

Хочу домой, к маме и сыну. Хочу в свою двушку. Хочу в свою реальную жизнь. Хочу поскорее вернуться с небес на грешную землю, окунуться в повседневные заботы, чтобы поскорее его забыть.

Уже в аэропорту Сан –Хуана Света, решив что я успокоилась, спрашивает:

– Что он тебе дал?.. Подарок?.. Покажешь?

– Я не взяла его, – отвечаю хмуро, делая глоток обжигающего кофе из бумажного стаканчика.

– Почему?! И даже не посмотрела, что там было?!

– Золото, изумруды, брюлики… – я быстро нахожу в галерее телефона фото, сделанное перед походом в казино, и протягиваю ей, – вот.

Ее глаза расширяются вместе с фото на экране телефона.

– Ты головой об скалу ебнулась, когда с яхты ныряла?! Совсем дура?!

– Они мне не нужны! – резко сминаю стаканчик в руках и пуляю им в урну. – Хочу скорее все забыть…

– Могла бы продать и машину, наконец, поменять… Или еще один бутик открыть… – она тяжело вздыхает, будто объясняет элементарные вещи.

– Нет. – сказала, как отрезала.

– Кать, чего ты ждала от него? Думала, встанет на одно колено и кольцо подарит?

Светка абсолютно права.

– Свет, ты прости меня… за эту истерику, – вздыхаю я, – сама от себя не ожидала…

Она корчит мимишную мордочку и крепко – крепко меня обнимает.

– Иди ко мне, горе ты мое луковое!

Глава 31.

Родной город встречает нас проливным дождем с порывистым ветром. Из окна такси наблюдаю за бегущими по тротуарам прохожими. Как они прыгают через лужи или жмутся друг к дружке под козырьком остановки.

Погода словно копирует сейчас мое состояние. От этого становится чуть легче. Я люблю дождь. Люблю сидеть на подоконнике, когда тяжелые холодные капли бьют по стеклу, бегут по нему наперегонки вниз, объединяясь в ручейки, стекают на слив. Когда порывистый ветер качает тополь за моим окном, и при особо резком порыве одна из его веточек легонько стучит по стеклу. Сегодня погодка особенно мне благоволит.

Мама с Денисом на даче. И я бы с радостью на ночь поехала к ним.

Чувствую себя разбитой. Голова раскалывается, от недосыпа и слез в глаза будто песка насыпали.

Дома кидаю чемоданы у порога и сразу иду в душ. Встаю под горячие струи, стою так минут двадцать, периодически повышая температуру воды. Настолько, насколько позволяет болевой порог.