Десять дней, девять ночей

Эта мысль окончательно срывает мне крышу… Ныряю пальцами внутрь и начинаю неистово себя трахать!

Да – да – да!!! Еще! Вот так, да!!! Жарко… Я задыхаюсь… Еще секунда, и я умру… Оргазм обрушивается на меня как цунами… Меня трясет, все тело содрогается от конвульсий, хватаю воздух ртом и… ПРОСЫПАЮСЬ!!!

О, Боже! Это что, был сон?! Вся мокрая, грудь вздымается так, словно я пробежала стометровку на время, я лежу на боку, а сзади ко мне всем телом прижимается Андрей. И… что?!!!.. его ладонь сжимает мою все еще пульсирующую промежность!

– Понравилось?.

У меня все еще не получается восстановить дыхание, и я пока не могу точно разобрать, где сон, а где реальность.

– Бл@дь, ты так стонала… – он разворачивает меня на спину, словно тряпичную куклу, – что я чуть было не спустил тебе на задницу…

Он чертовски возбужден. Тяжело дыша, Андрей быстро встает на колени между моих ног, закидывает их себе на плечи и резко входит на всю длину. Я удивленно ахаю, потому что подобных ощущений еще никогда не испытывала.

С каждым новым толчком он задевает какую-то очень чувствительную точку внутри меня, отчего внизу живота снова назревает тугой горячий узел. Господи, я ведь только что кончила во сне, как такое вообще возможно?! Сколько нерастраченных оргазмов еще хранит моя вагина?!

Его пальцы с силой сжимают мои бедра… Больно… Наверняка, утром будут синяки… Но мне нравится эта боль… Боль, замешанная на похоти… Или похоть, замешанная на боли… Не важно…

Закрыв глаза, я с каждым его толчком выгибаюсь дугой.

– Открой глаза! Смотри на меня! – цедит Андрей сквозь зубы.

Но я уже не слышу его, моя голова мечется из стороны в сторону. Я содрогаюсь и снова кончаю с его именем на губах…

Он еще три раза с силой насаживает мои бедра на себя и, глухо зарычав, догоняет меня в экстазе. Судорожно дергается и обессиленно падает рядом.

Я мучаюсь без сна. Грудь Андрея мерно вздымается – он давно спит. А я нет.

Запах Влада тоже не был мне неприятен. За годы брака он стал мне родным и ассоциировался с надежностью и стабильностью. Но никогда не заставлял мою кровь бежать быстрее по венам, от него не слабели ноги и не намокали трусы.