Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

– Что смешного? – Миронова нахмурила брови, но так и не дождалась ответа. Сердилась она, конечно, зря, ведь, как ни крути, ее появление разрядило напряженную обстановку. Так что дама, которая, как мне доподлинно известно, считает служение шефу своей основной миссией, должна быть довольна.

– Ладно, – хлопнув в ладоши, Серпал азартно потер одну о другую, – развлеклись – и хватит. Пора приниматься за работу. Олег, Ираида, ко мне в кабинет! Валерия, сделайте нам, пожалуйста, кофе, а ты, баба Глаша, не сильно тряпкой-то тут маши.

– Дык и не было никого, – проворчала уборщица. – Вы ж все отсутствовали, вот я график-то и сменила. Кто ж знал, что вы вернетесь?

– Ну, ясно! – Серпал, который, как по мне, и так уделил бабе Глаше чересчур много внимания, нахмурился, давая понять, что обсуждаемая тема его больше не интересует.

Рабочий день потек своим чередом. Петров, у которого за время отсутствия, видимо, накопилось множество вопросов к сотрудникам, проводил одно совещание за другим, я только и успевала, что выполнять его поручения, между делом умудряясь-таки осуществить прослушку. Правда, та никаких результатов не принесла – ничего интересного мне узнать снова не удалось. Ни тебе признаний в убийстве, ни обсуждений схем ухода от налогов. Даже в переходе улицы на красный свет никто не признался.

Более того! Беседа тет-а-тет со Стершиным, на которую я возлагала немалые надежды, и та ничего не принесла. В разговоре Петрова с начальником службы безопасности ни разу не упоминался Голубев. И это мне показалось странным, учитывая, что с момента смерти сотрудника прошло не так уж много времени. С другой стороны, кто знает, как долго в этой компании принято «носить траур»? Скорее всего, убийство работника для шефа – преданье старины глубокой.

Раздавшийся хруст возвестил о том, что карандаш, который я держала в руках, сломался пополам. Сделав глубокие вдох и выдох, я попыталась унять поднявшуюся в груди ярость. Вот ведь гады – шагают по трупам, даже не вспоминая имен погибших! В том, что за убийством Голубева стоит именно Петров, я не сомневалась, хоть Ольга и пыталась посеять сомнения, утверждая, что это не безусловная истина.