Дерзкие. Будешь моей

Как мы заговорили…То есть, когда я тебе предлагал быть моей женой, так ты гордая, нос воротила…А сейчас прям ревнивую собственницу включила! Феминистку, бля, на минималках!

Бесит, нахуй.

— Да пошёл ты на хрен! — выплёвывает обиженно. Конечно, злится. А как иначе? Я бы вообще убил, если бы за другого замуж выходила, но так надо…

— Всё, уймись. Едем. Молча, блядь.

Смотрю на дорогу, а у самого челюсть сводит от таких вот выпадов.

Ничего…Скоро приедем…По-другому запоёт. Надеюсь.

Помню, как сидел в том самом доме в Питере с младшей сестрой Кира после того, как её изнасиловали какие-то уроды.

Мы с ней вот так же срались первые два дня. Но этот дом, блядь, волшебный, отвечаю. Он как-то сближает, лечит, прощает. Я тогда нашёл нужные слова, она тогда послушала. Решила продолжить жить, хотя хотела перерезать вены. Помню, как отговаривал, помню… Кирюхе ни хера так и не сказал, просто разговаривал с ней долго и детально.

— Давай так. Если вдруг невмоготу станет, если плохо будет, меня режь, — предложил я тогда на полном серьёзе.

Надя же смотрела и не моргала.

— Ты придурок, что ли? Как мне это поможет?

— А ты попробуй сначала, потом пизди!

— Ну и попробую! Вот сделаю и будешь потом… — случайно так вышло, что ножом всё же задела меня. Совсем немного, но на глазах сразу паника появилась. Мне не больно, зато у неё напрочь желание отбило. — Господи! Глеб! Прости!!! Прости!!!

— Надя. Успокойся. Не больно мне.

— Что теперь будет???

— Всё в порядке будет. Ничего не изменится. Как была первой красавицей в школе, так и останешься.

Не реви только. Ненавижу, когда бабы ноют. Ты ж, блядь, не нытик, да же?!

— Нет, ты точно, кретин последний, Адов! Помяни моё слово, девушка, что выйдет за тебя добровольно — либо святая, либо конченная дура! И то если это случится, я свечку в церкви поставлю!

Запомнил эти её слова. Запомнил, сохранил в сердце, но никогда больше не напоминал ей про те семь дней вместе.

Кир вспоминал конечно постоянно, а я пытался уводить в другое русло, потому что сама Надюха не хотела этого помнить.

Так и жили первый год, пока не улеглось…Да вдобавок со смертью Лины и племянника я совсем с головой погрузился в другой омут. Там и Надя, кстати, на помощь не раз приходила. Смешила чё-то меня, расслабляла. Проще становилось с ними. С Волковыми… Они ж семья моя…Больше, чем кто-либо…

Но полное спокойствие я приобрел только с ведьмой. Вот и сейчас, везу её туда, а сам уповаю на то, что тот волшебный дом решит наши с ней разногласия…Магически нас соединит.