Дерзкие. Будешь моей

 — Как ты… Забрался сюда?! И зачем, блин!

Он смотрит на ножницы, сжатые у меня в руке и, кажется, ликует от радости, будто выиграл в лотерею.

— Надо поговорить, ещё раз повторяю для особо непонятливых, — грубит он, спрыгивая с подоконника. Видок у него странный. Глаза как пьяные. Я ведь уже видела его таким…Но алкоголем вроде как не пахнет. Интересно."

"— Ты что… Бухой? — спрашиваю, ощетинившись.

— Ага, от тебя, — язвит в ответ.

— Я серьезно, Адов. Мне не до шуток.

— Мне тоже, Катя, мне тоже. Давай так, — он достает из-под кровати мою спортивную сумку и начинает без разбора заталкивать туда мои вещи, будто ему кто-то давал на это право.

— Что, блин, ты творишь?! Оставь мою одежду в покое! — истерически выплевываю я, хватая его за плечи, и тут он резко шипит, закрыв глаза, будто от болезненной вспышки. Вряд ли это можно с чем-то перепутать, а потому догадки сами лезут в мою светлую голову.

— Что это? Что с тобой?!

Начинаю ощупывать его, но он дёргается, не позволяя, пока мне не удается сдёрнуть с него зимний бомбер.

— Не терпится, ведьма? Давай по-быстрому, раз уж начала, — улыбается он, обхватив меня за талию своими цепкими ручищами.

Скачок. Импульс. Ток по венам.

И я дышать перестаю в его объятиях.

Смотрю на него глазами, полными паники, а точнее, на кровавое пятно, разрастающееся на его плече, будто какие-то швы разошлись, не иначе… И впадаю в ступор.

Не понимаю, во что он ввязался, да ещё и шутит, как придурок, а у самого в глазах сплошная боль.

— Что здесь происходит?! Глеб?! Что с твоим плечом?!

— Закровоточило от твоих царапок, тигрица, — добавляет он очередное, а мне хочется его ударить за такие вот выкрутасы. Учитывая, что всё серьезно, а он снова переводит всё в глупые инсинуации.

— Хватит издеваться!

— Кать. Надо сваливать. Собирай вещи. По-быстрому. Так надо, — тембр становится более серьезным, но я не собираюсь его слушать.

Нет уж. Мне хватило. Хватит!

— Я не собираюсь никуда сваливать. Что ты себе вообще позволяешь?! Ты исчез из моей жизни.

— Может потому что ты носишь моего ребенка?! — выпаливает он как на духу, а я пытаюсь хапать воздух ртом, но перестаю шевелиться.

Какого хрена?!

Он этого не говорил…Не говорил…Сказал???

Всё внутри умирает.

Слышать это не так уж и здорово.

Я не хочу, чтобы он знал.