Дерзкие. Будешь моей

Всплыл контракт между Адовыми и Вуйчиком. Рус до этого копался в прошлом Чады…Это бывший отцовский компаньон — Чадаев, не родной отец Фила. Фил подстроил аварию с его любовницей и с Линкой. Но под чётким руководством отца. Так вот…Рус встречался с Чадой. У него европейская сетка, достаточно известная. Поляки там торгуют, но под говняными условиями. Они встречались без ведома отца. Чада ведь тоже после смерти его женщины ненавидит пасынка.

— И что… Это Чадаев ему сказал о заказчике? Откуда он знает…?

— Мать Фила, его вторая жена, она при ссоре сообщила Чадаеву почти в деталях…Как мучилась его любовница при смерти… И эта мразь даже переслала ему видео, Кать.

— Какой ужас…Почему он не пошёл с этим видео в полицию???

— У них общая дочь, Кать. Он бы не пошёл. Они с Филом достаточно близки. Слишком, блядь, близки я бы сказал. И она бы не простила, что её брата усадил за решётку её отец.

— Ладно…Но откуда она узнала, что во всём этом замешан твой? Фил сказал?

— А вот это дерьмо самое ужасное из того, что мне довелось узнать…

— В каком смысле? Глеб, скажи…

Он вздыхает и садится передо мной на колени, заключив мои руки в свои.

— Матери пришли анонимные фотографии… Где наш прекрасный батя ещё пятнадцать лет назад держит Чадаеву за её беременный живот и целует как будто она, блядь, хрустальная ваза…А ещё результат генетик теста…Та девчонка — сестра Фила. Она вовсе не биологическая дочь Чады, хотя он её любит, он её воспитывал. Она дочь нашего ебливого отца…Это наша с Русом, блядь, младшая сестра.

— Боже, Глеб…Где он? Сейчас он где?

— Я оставил его у Кира в квартире. Они сами предложили.

— И что мы будем делать? Что произошло с Киром и Соней? Она мне ничего толком не говорит…

— Я не знаю, Кать… — мотает он головой. — Про Кира и Соню вообще ровным счётом ничего не знаю. Знаю, только одно. Отец сядет, а Фил направится туда, где ему и место — в деревянную коробку под промозглую землю.