Держи меня крепче

Если все-таки был гость, хотелось бы знать, когда он дом покинул и есть ли у него алиби на момент… я едва не подумала «убийства» и в досаде нахмурилась, поспешно попеняв себе: речь идет о несчастном случае или о самоубийстве. Если все-таки о самоубийстве, вполне возможно, что к такому шагу Корзухину кто-то подтолкнул. В общем, такси очень меня заинтересовало.

– А имя-отчество Сапрунова не подскажете?

– Виктор Альбертович.

Я удовлетворенно кивнула, с Виктором Альбертовичем мы были очень хорошо знакомы.

– Скажите, – помедлив, спросила я, – вчера на похоронах было много родственников?

– Народу много было, а уж кто родня, кто нет, не знаю.

– Насчет судьбы, пожалуй, я соглашусь, – пробормотала я. – А дочка Корзухина от первого брака на похороны приезжала?"

"– Была, – кивнула Лидия Михайловна. – Утром, часов в десять, приехала. А с кладбища сразу к себе вернулась. Владимир Сергеевич мне объяснил, что работа у нее важная. Я, признаться, и не знала, что у него еще дочка есть.

– Она что, ни разу к отцу не приезжала?

– Не знаю, при мне – нет. Но я ведь три дня в неделю прихожу. Что там у них в остальное время делается – не знаю.

– В доме, скорее всего, были ее фотографии.

– Да не было никаких фотографий, то есть снимков полно, но везде они втроем. И Людмила о том, что у Владимира Сергеевича еще дочка есть, мне ни разу не обмолвилась, почему я и удивилась.

– С отцом у них какие отношения? Не обратили внимания?

– Хорошие, какие еще?

– То есть ничего такого вы вчера не заметили? – «Ничего такого» я выделила, а теперь Лидия Михайловна смотрела на меня в замешательстве.

– Не приглядывалась я. Только подумала, что Владимир Сергеевич, должно быть, первый раз совсем молодым женился, дочка-то уж взрослая.

– Ей двадцать шесть лет.

– Вот-вот.