Держи меня крепче

Она не извращенка, смею вас заверить. И ни о какой влюбленности речи быть не может.

Наверное, его доводы казались ему безупречными. Да, ей было шесть лет, когда он стал ей отцом, да, девочка выросла на его глазах, но… Мне самой было семь, когда Дед появился в моей жизни. Впрочем, с какой стати я опять перекладываю свою историю на чужие плечи? Возможно, я действительно извращенка, а у Инны с этим все в порядке. Однако я еще больше уверилась, что в субботу в их доме действительно была Инна. Что она сказала Людмиле, пожалуй, так и останется тайной.

– Если у вас все, – сказал он, поднимаясь, – я, пожалуй, откланяюсь. Появятся вопросы, сделайте одолжение, обращайтесь прямо ко мне.

Он вышел из кабинета, аккуратно прикрыв дверь.

Через двадцать минут меня вызвал Дед. Когда я вошла в приемную, Ритка шепнула:

– У него был Корзухин.

– Значит, мне намылят шею, – оптимистично ответила я.

Я предупреждала, что Корзухин быстро узнает о том, что я копаюсь в его грязном белье, но Деду на это было наплевать.

Я заглянула к нему не без робости, которую, по большей части, симулировала. Он сказал:

– Заходи.

Я прошла и села напротив, приглядываясь к его физиономии. Нормальная физиономия, не похоже, что он чем-то недоволен.

– Ну, что там?

– Ты Корзухина имеешь в виду?

– Кого же еще?

– Он был у тебя?

– Был. Возмущен твоим поведением.

– Задала пару нескромных вопросов.

– От которых он возбудился до такой степени, что заявил мне: со своим решением он поторопился и от моего предложения отказывается.

– Ого, – присвистнула я.

– Это он, конечно, погорячился, – махнул рукой Дед. – Кто хоть раз влез в это дерьмо, непременно завязнет.

– Что ты называешь дерьмом? Служение народу?

– Оставь свои шуточки. Так в чем там дело?

– Дела по-прежнему нет. Уголовного, по крайней мере. Ситуация следующая: в семье не все так гладко, как казалось на первый взгляд.

– Девчонка – наркоманка?

– Нет. – Мне показалось, Деду мой ответ удовольствия не доставил.