Демон с приданым (СИ)

Но это позже, сейчас я реально завис на его теле, мне как молодому вампиру никогда и не снилось быть таким: крупный торс, плоский живот, тонкая черная дорожка волос спустилась к неприкрытому паху. ТАК, пропускаем пах, ноги длинные, крупные, накачанные.

— Не зависай, еще успеешь налюбоваться, я ванну набрал, как видишь. Температуру посмотри, как для вампира?

Склонившись, попробовал воду и тут же отдернул руку.

— Ты его сварить хочешь? — рассматривая свои покрасневшие пальцы, рявкнул я и врубил ледяную воду.

— Вылезай, — тяжело вздыхая, обращаюсь я к демону. — Окочуришься быстрее, чем искупаешь его.

Как ни странно, демон не стал возражать, быстро поднялся и забрал у меня младенца. Я же принялся раздеваться под его изучающим взглядом. Раздевшись до трусов, начал залезать в ванную. Вот такой я стеснительный.

— Ты собрался лезть в детскую ванную, не снимая грязного белья? — не успел я ответить, что не такой бесстыжий, как некоторые, а его ноготь уже зацепил резинку трусов и потянул вниз, разрезая ткань.

— Ах ты... — прорычал я, пытаясь прикрыть руками попу. — Да ты...

— Вот так-то лучше, залезай, — усмехнулся демон, показывая глазами на ванну, полную воды.

Пфф, да что он о себе думает? Не знаю, что думает, но купание ребенка у нас заняло минут десять. Младенец так и не проснулся, только причмокивал губами во сне. Какой же он кроха, и как такого можно было бросить?

Закончив с купанием, демон забрал ребенка, закутал того в полотенце и унес в спальню.

— Ты чего встал столбом? — раздается голос около меня, и я вижу, как демон растягивает полотенце в руках. — Какой же ты долгий.

Мгновение — и он, не дожидаясь, пока я заберу у него полотенце из рук, накидывает его на меня, закутывает и одним рывком вытаскивает из ванной. В какой-то момент в его глазах мелькает голод, но лишь на секунду, в следующее мгновение цвет его глаз вновь приобретает оттенок грозового неба.

— Прости, энергии много отдал, — встряхивая головой, извиняется демон, поняв, что я всё заметил.

— Удивительный демон, — усмехаюсь я и притягиваю его для поцелуя. Легкий, волнующий поцелуй, возбуждение разливается по венам, скапливается в животе и пахе, он и правда удивительный. — Надеюсь, тебе хватит. Прости за самоуправство, но у тебя руки от голода тряслись.