Демон на одну ночь

Под разъярённое шипение ведьмы командир боевого отряда почесал в затылке и спросил:

– Я так понял, вы знакомы с мисс Карвет? Вы ей... вы её...

– Альфонс! – звонко подсказал высший демон смущённо запнувшемуся служителю охраны правопорядка.

– КТО?!! – ахнули полицейские, ошарашено взирая на могучего Иного, способного одним ударом дать отпор специальному отряду, на богатого графа, главу всех демонов Атланты.

– Альфонс. Взят на содержание честь честью, по всем правилам. Увы, жизнь в Америке куда дороже, чем в Европе, – театрально вздохнул его сиятельство и подавился удержанным смехом при виде перекосившегося личика сильно помолодевшей ведьмы.

"– Ребята, возвращайтесь в отдел – дайте мне прикончить его без свидетелей, – убедительно попросила Аманда. Чтоб её драконы покусали, она боялась представить, какие слухи о её сексуальных наклонностях поползут по департаменту после таких откровений! Репутацию ведьмы скабрезными сплетнями не испортишь, скорее наоборот, но сам факт! – Ах да, и маячок с меня снимите – не хочется провести всю ночь в постоянных объяснениях с бойцами прилетающих спецотрядов.

– Мне нравится твой настрой! Судя по нему, ты не сомневаешься, что ночь мы проведём вместе. Очень жаркую ночь... активных дискуссий, – провокационно проворковал её невыносимый любовник, снятый в клубе как бы на один раз, но умудрившийся всё в её жизни перевернуть с ног на голову.

– Товарищи мои полицейские, когда вам утром сообщат о нахождении в пригородной лесополосе бездыханного тела высшего демона, списывайте его сразу на несчастный случай. Всё одно умышленное убийство не докажете, слово эксперта-криминалиста с огромным опытом работы, – посоветовала коллегам Аманда, одергивая платье и стряхивая мелкий сор.

Глава 8, о трудностях бытия главы демонического рода

Дом, на удивление, уцелел.

Лежа в объятьях обнажённого демона, разгорячённая ведьма медленно выплывала из угара страсти, в огонь которой её совершенно неожиданно зашвырнул яркий гнев. Она слышала раньше, что злость и страсть частенько рука об руку гуляют, но её собственные эмоции впервые проявили склонность к такому оборотничеству.

– Мы слишком привыкли, что нас узнают и на нас смотрят, как на страшных монстров.