Демон на одну ночь

И теперь ослепительно прекрасный молодой миллиардер на фоне сверкающего небоскрёба принадлежащей ему корпорации грустно изрекал, что перстень, очевидно, соскользнул с его пальца и застрял в глине, когда он приходил на свой гончарный завод. Желая получше вникнуть в работу мастеров, он сам попробовал сотворить в гончарном круге вазу, и та у него даже получилась, но... вышел из мастерской он уже без перстня! Не сразу заметив пропажу, он пытался найти его дома, в машине, в офисе, но в конце концов стало очевидно, что широкое кольцо с уникально крупным рубином замуровано в недрах одной из ваз, выпущенных заводом в последние дни.

– Своё состояние я заработал на бирже, и новые для меня обязанности по управлению огромным конгломератом самых разных предприятий несколько выбили меня из колеи и сделали рассеянным. – Габриэль сокрушенно развёл руками и сверкнул в камеру обаятельной улыбкой, определённо вызвавшей головокружение у всех зрительниц в возрасте от семи до семидесяти лет. К слову, число девушек в кадре, внимающих каждому слову сногсшибательного красавца, неуклонно росло по ходу интервью.

"Дальше шли кадры любительской видеосъёмки, датирующейся прошлой неделей, на которых сиятельный граф действительно крутил в круге глиняную вазу – сестру-близнеца тех, что стояли в полицейском участке. Насколько сильно он помогал себе выравнивать бока «шедевра» магией, запись, конечно, не передавала, но Аманда заподозрила, что сильно, поскольку ваза вышла не хуже других, несмотря на то, что творец в течение процесса только и делал, что улыбался и позировал на камеру, да игриво подмигивал оператору.

– Вы объявили награду за возвращение перстня? – кричали журналисты, обступившие ушлого бизнесмена, а строчки под репортажем сообщали, сколько тысяч людей устраивают драки у сувенирных магазинов, скупая все партии указанных керамических ваз.

– Я заплачу любые деньги, – уверил их ловкач и шулер, истинный глава всего демонического рода!

– А если перстень найдёт девушка? – провокационно спросила одна из журналисток, намекая, что колечко-то непростое, а для определённой цели в его роду предназначенное.

– Я сочту это знаком свыше и предложу ей руку и сердце, – прижав ладонь к груди, пообещал красавец-миллиардер, и в субтитрах на порядок возросло число сражающихся за вазы.

Приличных слов для описания ситуации у Аманды не нашлось! Кроме восклицания: «Вот ведь жук какой!», и куда менее цензурных его аналогов.