Дело счастливых ножек

— Клиентка из номера 408 вышла несколько минут назад, — быстро проговорила телефонистка.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Она ожидала моего звонка. Может, вы перезвоните в комнату?

— Я позвоню, но там никого нет. Говорю вам, она ушла…

Через какое-то время тот же голос повторил, что номер не отвечает.

Перри Мейсон нажал пальцами на рычажок телефона, не опуская трубку и о чем-то раздумывая. Вдруг раздалась пронзительная трель звонка.

— Да, такое ощущение, что твои дела разрешаются только поздно вечером по телефону, — сонно заметил Пол Дрейк.

Перри Мейсон снял пальцы с рычажка и резко ответил: — Але?

— Слава Богу, я застала вас, шеф, вы один?

— Да, не считая Пола Дрейка. Что такое?

— Слушайте, поскольку будете к этому причастны. От меня только что ушли два детектива. Они пытались добиться своего и были такими грубыми!..

— Чего именно, Делла?

— Они утверждают, будто я позвонила доктору Дорэю, предупредила, что его разыскивает полиция, и посоветовала исчезнуть.

— Почему они так решили? спросил Перри Мейсон.

— Слушайте все внимательно, потому что, думаю, эта пара вот-вот появится у вас. Они говорят, что кто-то позвонил Дорэю в «Мидуик-отель» где-то между девятью пятнадцатью и девятью тридцатью сегодня вечером и сказал ему, что Пэттон убит. Дорэя собираются взять как подозреваемого, и есть улики против него и Маджери Клун: что Маджери сидит где-то и не высовывается и будет продолжать в том же духе… Иными словами, она, мол, скрывается, и что, если Боба Дорэя арестуют, это будет для нее сильнейшим потрясением.

— Почему они это связывают с нами? — недовольно произнес Мейсон.

— Потому что голос был женский, и телефонистка в «Мидуик-отеле» слышала, как этот голос сказал, что звонит Делла Стрит, секретарь Перри Мейсона.

В этот момент взгляд адвоката сделался столь жесток и суров, что его серые глаза напоминали стальной лед на реке рождественским утром:

— Шут бы ее побрал!

— Два голубка направились к вам! Будьте готовы принять их…"

"— Спасибо, Делла.

— Пытались.

— Все в порядке?

— Да, я категорически отрицала звонок — и это все, что они могли из меня вытянуть. Но я боюсь за вас, шеф.

— Почему?

— Потому что… Вы знаете, что я имею в виду.

— Хорошо, — сказал Мейсон, — иди спать и не волнуйся за меня.

— Вы думаете, все обойдется? — спросила она.

Он засмеялся, как смеются взрослые, когда дети рассказывают им о своих ночных страхах.