Дело о пустой консервной банке

– А мне, значит, следует попытаться разгадать код во время вашего отсутствия?

– Надо бы!

– Какое отношение к этому имеют двенадцать букв?

– А двенадцать это сколько составляет? – спросил Мейсон.

Она нахмурилась:

– Вы имеете в виду шесть и шесть?

– Нет, не это.

– Не хотите ли вы сказать, что раз дважды два – четыре, то шесть и шесть будет двенадцать?

– Нет, совсем не это.

– Ну тогда одиннадцать и один?

Мейсон улыбнулся.

– Попробуй десять и два, – сказал он, – и ты будешь на верном пути.

Мейсон достал из стенного шкафа шляпу, расплылся в обаятельной улыбке и пошел к лифту.

Глава 7

Делла все еще сидела за столом, неистово черкая карандашом, когда вернулся Мейсон с продолговатым свертком под мышкой.

– Удалось? – с порога спросил он.

– Угу. Вот это – десять плюс два – помогло кое в чем.

– Что сумела расшифровать?

– Думаю, это можно сделать двумя способами, – ответила девушка. – Либо цифры начинаются с «А» и кончаются «К», либо они начинаются с «В» и кончаются «М».

– Они начинаются с «В» и кончаются «М», – согласился Мейсон. – Буквы «А» и «Б» не меняются.

– Откуда вы знаете?

– Потому что «А» и «Б» есть в каждом слове – это буквы вторая и третья с конца.

– Я попробовала и этот способ.

– Как это проверить?

– Ну, если «В» – это один, – сказала она, – «Г» – это два, «Д» – это три, «Е» – четыре, «Ж» – пять, «З» – шесть, «И» – семь, «К» – восемь, «Л» – девять, а «М» – нуль, то сообщение имеет следующий вид: 192А19 187А8 20А11 632Б13 137А22 579А21 1025Б2 94Б16 1055Б8.

– По-моему, мы можем с уверенностью положиться на этот вариант, – кивнул Мейсон."

"– Но здесь код в коде, – сказала она. – Это все же еще не дает нам возможности прочитать сообщение.

– Да, – согласился адвокат, развязывая ленточку, которой был перевязан продолговатый сверток. – Но, надеюсь, вот это поможет нам.

– А что это?

– Существует два рода книг, которые мы сможем использовать в качестве подсказки для обнаружения ключа, книги, в которых, естественно, должно быть большое количество слов и в которых страницы были бы разделены на две колонки: колонку А и колонку Б.

– А поскольку Артурчик говорил о словаре, – ухватилась тотчас за эту мысль Делла, – то вы полагаете…

– Да, о словаре было немало разговоров, – согласился Мейсон, разворачивая сверток. – Зато никто не говорил о Библии.