Дело о пустой консервной банке

Хоксли был одним из партнеров в том деле, связанном с поставками вооружения, которым они занимались двадцать лет назад. Хоксли тогда продал долю в партнерстве. Потом он опять занимался поставкой вооружения и обманул своих китайских покупателей, сообщив японцам, когда и куда доставлялось оружие на китайских джонках. Поэтому японцы и позволяли Хоксли заниматься своим бизнесом, а Карр просто взял себе фамилию Хоксли.

Однажды, когда Родней перевозил отчима в Сан-Франциско, Карр очень крепко заснул, и Родней сумел вытащить у него из кармана блокнот.

В этом блокноте была записана какая-то последовательная комбинация цифр, и Родней решил, что это шифр сейфа. Он сказал, что я должна попытаться проникнуть в дом и открыть его. Сказал также, что мне лучше взять с собой на всякий случай оружие. Родней был единственным, кто мог подстраховать эту чрезвычайную ситуацию и увести из дома всех, кто мог помешать, кроме старого калеки. Но чтобы все сработало, он должен был уйти и сам… Нужно было только как следует обдумать детали, чтобы осуществить задуманное. Было намечено время – полночь – и решено, что он оставит пустую банку на полке как сигнал. На случай, если возникнут новые обстоятельства, он нацарапает кодированное сообщение внутри этой жестяной банки. Если сообщения не будет, это значило бы, что все намеченное должно производиться в полночь тех суток, когда банка поставлена на полку.

Мы вынуждены были связываться таким образом потому, что я не могла свободно пользоваться телефоном, а если бы мне позвонил Родней, то его бы без труда узнали по дефекту речи.

"

"Двор между нашим домом и его квартирой был как бы общей собственностью. Доступ туда у Роднея был, и у него хранился также дубликат ключа, который подходил к замку двери гаража. Поскольку экономка недолюбливала его и подозревала, Родней посчитал, что будет лучше, если нас никто не увидит вместе, поэтому он придумал сигнал и код. Временами, когда я встречалась с ним во дворе, он обычно кланялся и улыбался.

И я тоже обычно очень сдержанно кивала и улыбалась в ответ, хотя чувствовала, что мое сердце разрывается и начинает кружиться голова.

В ночь, когда произошла стрельба, все сразу пошло не так. Во-первых, моя невестка нашла банку, которую Родней оставил как сигнал. Это произошло до того, как я туда спустилась. Я боялась, у нее возникнут подозрения, и продолжала говорить об этой жестянке, пока не поняла, что она далека от мысли, что это мог быть сигнал.