Дело о немом партнере. Дело заикающегося епископа. Дело о хромой канарейке. Дело о предубежденном попугае

Клерк оторопело уставился на Голкомба:

— Что вы говорите, сержант! Она очаровательная леди, вежливая, воспитанная, прекрасно одетая…

— Ха! Меня тошнит от вашей глупости! Какого черта вы ее не задержали?

— Задержать ее? За что?

— Нужно было ей сказать, что она арестована. Что я сейчас приеду."

"— Но вы же сами, сержант, не велели никому упоминать ваше имя.

Сержант Голкомб побагровел, пытаясь подыскать нужные слова, которые могли бы выразить всю глубину его негодования. К счастью, клерк как раз вспомнил слова Деллы Стрит:

— Минутку, сержант.

— Где?

— В компании перевозок Трейдера. На складе, я имею в виду.

— Как выглядят ее вещи?

— Роскошные чемоданы, новые, дорогие. Прекрасная настоящая кожа и…

— Сколько их было?

— Трудно сказать. Картонки для шляп, ручные саквояжи, большие чемоданы…

— Особые отметки?

— Решительно на всем имеются буквы «Д.М.».

— «Д.М.»?

— Да.

— Ее зовут Делла Стрит. Какого черта тогда на багаже у нее «Д.М.»?

— Понятия не имею. Я просто описываю внешний вид ее багажа. Она еще что-то говорила, дескать, что «Д.М.» — багаж не ее. Произошла досадная ошибка. Если вам нужно что-то проверить, то вы можете перехватить багаж, если…

Сержант Голкомб повернулся и ринулся к выходной двери, а ровно через минуту послышался вой сирены…

Эмиль Скэнлон внимательно посмотрел на присяжных и заявил:

— Цель нашего расследования — определить, каким образом умер этот человек… Была ли эта смерть результатом несчастного случая или же здесь нечто совсем иное.

С места поднялся человек, у которого было полностью забинтовано все лицо, так что видны были только один глаз да кончик носа. Человек сказал приглушенно:

— Прошу меня извинить.

— Кто вы такой? — спросил Скэнлон.

— Джексон Вейман. Я был свидетелем на прошлом дознании, а сейчас получил повестку явиться в качестве свидетеля и на второе дознание. Но я болен.

— Что с вами?

— У меня на лице воспалились все порезы и ушибы. Попала какая-то инфекция. Мне нужно лежать в постели, а не разгуливать по судам.

Его перебила тощая, свирепого вида пожилая женщина, занявшая место в противоположном конце зала.