Дело о немом партнере. Дело заикающегося епископа. Дело о хромой канарейке. Дело о предубежденном попугае

Иначе говоря, Паккарда убили, чтобы не дать ему говорить. Джеймс Дресколл узнал, что это был Паккард, как только появилось сообщение об аварии. Не исключено, что журналисты появятся в помещении высокоуважаемой фирмы «Диммик, Грей и Пибоди», чтобы задать несколько весьма щекотливых вопросов.

Кафф, сжимая кулаки, подскочил к Мейсону:

— Вы не имеете права говорить так! Это же…

— До свидания, джентльмены, — попрощался Мейсон, выходя в коридор. — Вам осталось еще целых полчаса на раздумья.

И он хлопнул дверью.

Глава 14

Перри Мейсон ходил взад и вперед по кабинету с четкостью хорошо отрегулированного часового механизма.

Изредка он бросал отрывочные указания Делле Стрит. Но глаза его все время оставались прикованными к какой-то неподвижной точке впереди себя.

— Никак не могу разобраться в чертовой загадке… будто пытаюсь схватить в темноте светящийся шарик, прыгающий на резинке. То сам идет тебе в руки, то отпрыгнет прочь. Что же такого мог видеть Паккард в окошке? И Паккарда убили, этого нельзя забывать. Лично я убежден, что Паккард был без сознания, когда машину столкнули с обрыва.

Прежде всего, это была не его машина. Чего ради Паккард стал бы воровать машину? И потом, на руле не было найдено отпечатков пальцев, хотя Паккард был без перчаток. Значит, машину угнал кто-то другой и старательно стер все следы с баранки. Паккард был без сознания. Машину повели в горы. Потом кто-то в перчатках встал на подножку, направил машину к обрыву и в последний момент соскочил.

Делла Стрит постучала пальцем по столу:

— Послушайте, шеф, завтра отплывает наш пароход.

Кстати, вам нужно подписать билет. Давно пора укладывать чемоданы.

— Делла, ты знаешь не хуже меня, что мы не сможем никуда уехать, пока не спасем Риту Свейн.

— Допустим, она виновна.

— Ты думаешь, она виновна?

— Честно говоря, шеф, я не знаю. Как-то уж очень трудно представить, что она проникла в дом, убила Вальтера Прескотта и потом попыталась представить все таким образом, как будто во всем виновата сестра.

— А как в отношении Розалинды Прескотт?

— В ней я не так уверена.

Розалинда влюблена, а влюбленная женщина способна на все, лишь бы защитить своего возлюбленного."

"— Даже до такой степени, чтобы подставить под удар родную сестру?

— Но ведь ее сестру пока еще не обвинили в убийстве. А если это все-таки случится, то она станет первой вашей клиенткой, которую обвинят в подобном преступлении. Нет, меня нисколько не волнует данное дело: я уверена, что вы его распутаете еще до завтрашнего дня.