Дело о королеве красоты

Во время обыска мы не нашли никакого дневника, так что вполне возможно, что в этой бандерольке мы и найдем исчезнувший дневник… Вы понимаете, что все это значит, Мейсон? – Трэгг повернулся к Эллен Эйдер. – Вы не хотите сделать никакого заявления относительно этой посылки, мисс Эйдер?

– Нет, не хочет! – ответил вместо нее Мейсон.

– В таком случае она может сказать, посылала ли она что-нибудь на свое имя и когда? – поменял формулировку вопроса Трэгг. – Мы ведь имеем эту бандероль и знаем, кто писал адрес на ней. В течение ближайшего часа мы познакомимся и с содержимым пакета.

Эллен Эйдер бросила на Мейсона испуганный взгляд.

– Мисс Эйдер вообще не будет делать никаких заявлений, – твердо заметил Мейсон.

– Для нее же хуже, – предупредил Трэгг. – Пресса может расписать все в невыгодном для нее свете…

– Суд общественности нас мало интересует сейчас. Нас заботит только жюри присяжных… И давайте играть в открытую, лейтенант. Есть определенные причины, по которым мисс Эйдер не может ответить на ваши вопросы.

Кроме того, у нее есть основания хранить свое прошлое в тайне – основания чисто личного порядка. А если она начнет отвечать на вопросы, оно неизбежно всплывет на поверхность. Отсюда следует, что на вопросы моя клиентка отвечать не будет и вообще не произнесет ни слова.

– Я могу понять вашу позицию, – кивнул Трэгг. – Но в таком случае все это дело целиком ляжет на ваши плечи… Впрочем, вы, наверное, этого и хотите. С другой стороны, личная жизнь мисс Эйдер все равно всплывет на поверхность… Я имею в виду конкурс красоты в этом маленьком городке Кловервилле и все такое прочее…

– Почему? – спросил Мейсон.

– Потому что об этом уже знают в полиции, и, боюсь, это известно уже и прессе. Я не хочу сказать ничего, что бросило бы тень на вашу клиентку, но в конце концов улики есть улики, и, кроме того, имеется еще свидетельница Максин Эдфилд, которая даст полиции весьма ценные показания в отношении мотивов убийства. К тому же она может поставить под сомнение утверждение Эллен Эйдер о том, что та имеет сына от Хармена Хаслетта, который оставил после себя двухмиллионное состояние.

Все эти факты неизбежно всплывут на поверхность, когда речь зайдет о причинах убийства, и я буду весьма удивлен, если мисс Эйдер не побоится прокомментировать их, когда они дойдут до общественности.

– Мисс Эйдер нет надобности комментировать что-либо!

– В таком случае объяснения придется давать вам как ее адвокату.

– Как ее адвокат, я тоже не обязан давать какие-либо объяснения.