Дело о королеве красоты

– Та, что справа от вас, – показал Уайт.

Мейсон вошел в спальню, какое-то время принюхивался, потом прошел в туалет.

На полу стояло несколько бутылок из-под виски, ведерочко со льдом и два бокала, в которых еще не растаяли кубики льда. На одном из бокалов виднелись следы помады.

Мейсон сказал:

– И совсем вы не занимались, Уайт. Вы наслаждались чьим-то милым обществом. Когда ваша матушка позвонила в первый раз, вы выпроводили вашу подругу через черный ход, а после того, как мы вошли через парадный, она села в вашу машину и укатила.

– Вы пытаетесь поставить меня в неловкое положение, господин адвокат, – сказал Уайт.

– Я просто пытаюсь разобраться в деле, которое представляется мне довольно сложным, – сухо произнес Мейсон.

– Ну ладно, – махнул рукой Уайт. – Я такой же человек, как и все. Это что, противозаконно?

– Нет, это не противозаконно, – ответил Мейсон. – Но мне не нравятся люди, которые лгут, глядя прямо в глаза, и когда вы, не обтерев вино на губах, пытались уверить меня, что целый день «грызли гранит науки», а потом я слышу, как кто-то уезжает на вашей машине, я понимаю, что в этом надо разобраться.

– Ну, теперь вы разобрались… Что дальше?

– Ничего. Я просто проверил, насколько вы правдивы.

– Уайт – хороший мальчик, – вмешалась Эллен Эйдер. – Но в юности подстерегает столько искушений! Вы не должны корить его за это. Не понимаю, о чем думают девушки!

Мейсон повернулся к Уайту:

– У вас есть адрес Агнес Берлингтон?

– Кажется, где-то был. Меня это никогда особенно не интересовало, – пробормотал Уайт.

Мейсон внезапно схватил Уайта за плечи:

– Хватит лгать! Чего она хотела?

Тот освободился от рук Мейсона.

– Оставьте меня! Я сказал правду! – крикнул он.

– Нет, вы лжете! – настаивал Мейсон. – И своей ложью можете доставить много неприятностей и себе, и другим. Чего она хотела?

– Денег.

– Сколько?

– Десять процентов от всего кловервилльского наследства.

– И у вас с ней была какая-нибудь договоренность?

– Я правда не знал…

– Да или нет?

– Да, – ответил Уайт.

– Что-нибудь было зафиксировано письменно?

– Нет, она сказала, что лучше ничего не писать, но если я попытаюсь ее обмануть, у меня будут серьезные неприятности…

– Боже! – вздохнул Мейсон. – Хоть бы кто-нибудь в этом деле сказал мне правду!

– Вы выжали из меня всю правду, – буркнул Уайт.

– А что мне оставалось делать, если я имею дело с такой семейкой, – ответил адвокат. – Вы когда-нибудь бывали у Агнес Берлингтон?

– Нет.