Дело о королеве красоты

Они обещали относиться к нему как к родному. Это были очень милые люди.

– Вы так и поступили? – спросил Мейсон.

– Да, я так и поступила.

– И ребенок считает их своими родителями?

– Да.

– А вас он знает?

Эллен Эйдер залпом допила коктейль.

– Это уже к делу не относится, мистер Мейсон, – сказала она. – Я и так рассказала вам вполне достаточно, чтобы вы могли понять мое положение. И теперь вам должно быть понятно, почему я прошу о помощи. Я в состоянии оплатить ваш гонорар. Единственное, чего я хочу, – чтобы эти люди никогда, никогда, никогда не нашли меня.

– Точнее говоря, чтобы эти люди никогда, никогда, никогда не нашли вашего сына?

– Это одно и то же.

– Отец мальчика стал владельцем довольно большой фирмы после того, как умер его отец? – спросил Мейсон.

– Думаю, что да.

– Тогда, следовательно, сейчас он довольно богат?

– Думаю, да.

– А ведь он мог бы дать вашему сыну блестящее образование?

– Он мог бы дать ему и блестящее образование, и вообще быть большой поддержкой, но сын должен был бы приноравливаться к его образу жизни.

А моему сыну уже девятнадцать лет, и все те преимущества, которые он мог бы получить, с лихвой покрывались бы недостатками.

– Но представьте себе, что отец мальчика внезапно умирает, – сказал Мейсон.

– Вот-вот, – подхватила она. – Видимо, опытные адвокаты вроде вас всегда умеют нащупать самое больное место.

– Не понимаю, – произнес Мейсон.

– Дело в том, что настоящий отец мальчика в данный момент холост и не имеет детей, но у него есть два брата, которых не интересуют дела фирмы, и если он умрет, не оставив завещания, то они будут наследниками.

Если же окажется, что он имел ребенка, пусть даже внебрачного, то ситуация будет совсем другая. Если человек оставляет завещание, в котором сообщает, что у него есть основания полагать, что у него где-то есть сын или дочь и что основную часть денег он завещает этому ребенку… Ну, в общем, в этом случае его братья останутся, как говорится, ни с чем.

– А что это за люди? – спросил Мейсон.

– Это не имеет значения… Да я их и не знаю.

Но вы должны понять, что произойдет в этом случае. – Она отодвинула бокал. – Больше ничего не могу сказать вам, мистер Мейсон. Ваша задача заключается только в том, чтобы оградить меня и моего сына от всяких поползновений извне. Пусть другие считают, что я не существую. А отцу желательно дать понять, что сын его умер.

Мейсон медленно покачал головой.

– Вы не согласны?

– У вашего ребенка есть определенные права.

– Я – его мать.