Дело о двойнике пожилой дамы

Харрисон Флэндерс объявил:

– Если суд позволит, наш следующий свидетель – Норма Оуэнс.

Норма Оуэнс представилась начальником канцелярии компании «Корнинг майнинг, смелтинг энд инвестмент».

Флэндерс сказал:

– Я показываю вам стилет для разрезания бумаги, помеченный как «вещественное доказательство обвинения», и спрашиваю вас: вы можете его опознать?

– Это нож, которым пользовалась Сьюзен Фишер, чтобы вскрывать письма. Он лежал на ее рабочем столе.

– По каким признакам вы опознали его?

– По его внешнему виду и по маленькому пятнышку на рукоятке.

– Больше вопросов к свидетелю не имею, – сказал Флэндерс. – Можете вести перекрестный допрос.

– Вопросов нет.

– Вызываю лейтенанта Трэгга, чтобы задать ему еще один вопрос, – сказал Флэндерс. – Вы уже приводились к присяге, лейтенант. Займите место.

Мейсон, смотревший через окно куда-то вдаль, казалось, совсем отключился от происходящего.

– Лейтенант, вы провели обыск квартиры обвиняемой?

– Да.

– Кроме других вещей, вы искали квитанцию за прокат машины номер девятнадцать из «Ви рент М-кар»?

– Да.

– Предъявите ее, пожалуйста.

Трэгг показал бумагу.

– Я прошу, чтобы она была приобщена к делу в качестве вещественного доказательства обвинения, – сказал Флэндерс. – Ваша очередь, – обратился он к Мейсону.

Мейсон, очевидно, не слышал слов Флэндерса. Сощурившись, он в глубокой задумчивости продолжал смотреть в окно.

– Вы можете вести допрос, мистер Мейсон, – повторил судья Элмер.

– Да, ваша честь, спасибо, – вздрогнув, ответил адвокат.

Он встал, подошел к лейтенанту Трэггу, выжидательно смотревшему на него, коротко бросил: «Вопросов нет» – и вернулся на свое место.

– Все, лейтенант, – сказал Флэндерс. – Ваша честь, все материалы обвинения предъявлены.

Гамильтон Бергер поднялся."

"– Если суд позволит, – начал он, – я хотел бы прокомментировать материалы, предъявленные здесь в качестве доказательств.

– Минуточку, – прервал его Мейсон. – Вы приступаете к прениям сторон?

– Конечно, – ответил Гамильтон Бергер.

– Сомневаюсь, что есть какая-то необходимость вести прения, – заявил судья Элмер.