Дело о дневнике загорающей

Судя по ее описанию, это запросто могла быть девица.

– Ты не знаешь, куда направился Сэккит после того, как взял напрокат костюмы?

– То-то и оно, что нет, Перри! Это меня и бесит! Но после драки кулаками не машут, что было, то было.

– А когда твои ребята снова напали на след?

– Только около шести утра. Он вернулся на Митнер-авеню, 3921, где снимает жилье под именем Сэккита. Вел себя как ни в чем не бывало, поставил джип и, ни разу не оглянувшись, вошел в дом. Он, похоже, не ожидал, что у дома его тоже поджидают мои люди.

– Отлично, – сказал Мейсон, – будем исходить из того, что имеем. А на данный момент у нас, Пол, есть тo, что твой Манди опознал меня перед Большим советом присяжных как человека, которого он видел у Балларда в окне.

– Будь он неладен, этот Манди!

Мейсон кивнул.

– Но мне он сказал по-другому.

– А письменное донесение? – спросил Мейсон. – Рапорт он написал?

– Нет. Он… Впрочем, когда я сейчас об этом подумал, то мне кажется, кто-то ему хорошо подсказал этого не делать. В подобных случаях просто полагается подать письменный рапорт.

– А сказал он тебе, что его вызывают на Большой совет?

Дрейк покачал головой.

– Что ж, – заметил Мейсон, – будем довольствоваться тем, что есть.

– Но, Перри, – торопливо перебил его Дрейк, – ты же не можешь винить моего человека за то, что на него вышла полиция и что окружной прокурор сказал ему, что делать, а что – нет, и за то, что он не посмел ослушаться. В конце концов, он детектив и в этом городе ему еще жить и работать.

– Конечно нет, Пол. Но мне жутко интересно, действительно ли сказал ему многоуважаемый господин Бергер, кроме того, что не делать, еще и то, что делать. Я имею в виду опознание.

– Видишь ли, Перри, нужно знать Манди. Он консерватор. Порядочный, надежный, работящий. Если он что-то говорит, проверять не надо. Единственная заковырка с ним – излишняя робость, он не боец. Выходит из игры, как только запахнет жареным. У него хороший глаз, он безупречный исполнитель, но… он не боец, Перри.

– Другими словами, он бы не стал сопротивляться окружному, так?

– Он никогда бы не поклялся ни в чем, чего не видел своими глазами и в чем не уверен на все сто.

– Но с окружным прокурором бороться не стал бы?

– Нет. И нельзя от него это требовать. Ну а почему бы в самом деле тебе туда не пойти, на это могла быть веская причина… В убийстве тебя подозревать никто не собирается. Твой ночной визит важен только в том смысле, что помогает установить элемент времени.