Дело о дневнике загорающей

Балларда, а когда вошли – ударили его по голове, и…

Сэккит изобразил такое изумление, что Дрейк чуть было не рассмеялся.

– Что это за ахинею вы несете?

– Я говорю об убийстве, – холодно продолжал Мейсон, – и у меня имеются определенные доказательства, которые вкупе с вашим богатым уголовным прошлым произведут на господ присяжных неизгладимое впечатление. Так что пораскиньте лучше мозгами, а стоит ли вам присягать говорить одну только правду и торопиться в свидетели. И я не знаю, поможет ли вам тогда с неприкосновенностью ваш друг окружной прокурор.

– Послушайте, мистер Мейсон, мне неизвестно, что за игру вы затеяли, но подставлять себя таким образом я не позволю. Я сейчас же иду в полицию и заявляю, что вы меня шантажируете.

– Шантажирую, чтобы получить что?

– Информацию.

– И что же я вам за это пообещал?

– Неприкосновенность на случай…

– Какой такой случай? – быстро спросил Мейсон. – Какую еще неприкосновенность я вам обещал? Я обещаю только то, что вас будут судить.

– Но вы дали понять, что я могу откупиться…

– Вам не откупиться, даже имей вы все золото Монетного двора Соединенных Штатов.

Дрейк подошел.

Сэккит, в свою очередь, дал понять, что разговор окончен:

– Я иду одеваться, а если вы и впрямь задумали меня привлечь, то в следующий раз обращайтесь к моему адвокату.

– Минуточку, приятель, – вышел вперед Райс, – стой, где стоишь!

– Это еще кто? – возмутился Сэккит, пытаясь уйти. Райс встал у него на пути.

– Я знаю, что говорю, приятель! Хоть ты и не слабак, но в том, что сейчас будет, опыта у меня побольше. Я уже вижу, что твой любимый – хук левой. Ты не успеешь и руки поднять, как я уже проверю твою челюсть! И впредь посоветую подобных ошибок не делать, не стоит так заметно отклоняться назад для нанесения удара. Мясистых жеребчиков вроде тебя я на ринге уложил достаточно, поверь! Впрочем, если хочешь – давай попробуем. Денег не возьму…

Сэккит в нерешительности переступал с ноги на ногу, глядя то на Мейсона, то на Дрейка.

Мейсон взял Пола за руку и тихо сказал:

– Такого на испуг не возьмешь, крепкий орешек. Ничего хорошего он сейчас не скажет, будет врать и врать. Я притворюсь, что надо позвонить, но вместо этого пойду к джипу и подожду девицу. Он наверняка ей что-то там засунул в купальник, когда напоследок обнимал.

– Что, например?

– Не знаю, Пол. Но ты видел, как ходило его правое плечо? Как будто он что-то ей туда сзади заталкивал.