Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Я только отметил, что в ванной плавали два живых серебряных карася.

— А сколько рыб валялось на полу? Дюжина?

— Я не могу сказать точно, но что-то в этом роде. Можно определить по фотографиям с места убийства.

— Кисточка для бритья и бритва лежали на полочке над умывальником?

— Да, сэр, я уже говорил об этом. Там еще были две бутылочки перекиси водорода. Одна из них почти пустая.

— Что еще вы заметили?

— Осколки стекла на полу.

— Вы проверили, были ли на них отпечатки пальцев и составляли ли они единое целое?

— Лично я нет.

— Вы говорили, что на полу рядом с трупом лежала чековая книжка?

— Да, совершенно верно.

— Вы можете ее описать?

— Ваша честь, — вмешался Медфорд, — я собирался представить эту чековую книжку вместе с другим свидетелем, но если она нужна сейчас, то вот, пожалуйста.

Сержант Дорсет опознал чековую книжку, и она была приобщена к вещественным доказательствам.

— Были ли живы серебряные караси, валявшиеся на полу в ванной? — спросил Дорсета Мейсон.

— Нет, ни одного.

— К вашему сведению, сержант, минут за пятнадцать до приезда полиции я заметил движение одной из рыб. Я ее поднял и опустил в ванную, где она ожила.

— А вот этого вы не имели права делать, — отпарировал Дорсет.

— А вы даже не попытались проверить, жива ли хоть одна рыбка.

— Да, я забыл стетоскоп, чтобы прослушать их, — опять, ехидно заметил сержант.

— Затем вы вместе с подсудимой поехали к Стаунтону, который предъявил вам доверенность, подписанную убитым?

— Да, сэр.

В дознание вклинился Медфорд.

— Ваша честь, не хочу быть буквоедом, но у нас всего лишь предварительное слушание. Цель его — установление, есть ли достаточно оснований для того, чтобы утверждать, что подсудимая убила Гаррингтона Фолкнера. Если да, то суд призовет ее к ответу. Если нет, то освободит. Я считаю, что у нас достаточно улик и без дополнительного расследования.

— Почему вы так решили? — спросил Мейсон.

— Я уже объяснил почему, — отрезал Медфорд.

— Ваша честь, — обратился Мейсон к судье, — из показаний сержанта Дорсета явствует, что он собрал улики, которые, как он думал, обличают подсудимую. Другие улики, которые могли бы указывать на виновность другого человека, были проигнорированы.