Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

— Продолжайте, — сказал Мейсон.

— Это все.

— Но какое отношение имеет Том Гридли к Гаррингтону Фолкнеру?

— Он не сказал вам?

— Нет.

Она вздохнула с негодованием.

— Возможно, я в чем-то ошибаюсь. Я подумал, что вы шантажируете его.

— Да, — сказала она со спокойной откровенностью.

— Но, видимо, не все так просто, как я думал.

— Вы что-нибудь знаете о карасях, мистер Мейсон?

— Ни малейшего представления.

— Я тоже, но Том знает о них все. Рыбки, которые являются гордостью Фолкнера, страдают болезнью жабр, и Том знает, как вылечить их.

— Расскажите мне о способе лечения, который известен Тому.

— Это секрет. Но вам я могу многое поведать. Вместо тяжелого лечения, которое иногда убивает рыбок, этот способ мягкий и полезный. Конечно, в этом случае лекарство, изобретенное Томом, нужно тщательно смешивать с водой и в момент оседания оно может сконцентрироваться не в том месте.

— А как же Тому удается избежать этого? — спросил Мейсон с явным интересом.

— Он кладет средство на пластинку, которая вставляется в аквариум, и затем он меняет эти пластины через определенные интервалы времени.

— И это срабатывает?

— Я бы сказала, да. Во всяком случае это помогало рыбкам Фолкнера.

— Но мне показалось, они продолжают болеть.

— Да, это так.

— Значит, лекарство не помогает.

— Нет, помогает. Видите ли, Том хотел пойти дальше и вылечить рыбок окончательно, но я ему не позволила. Я дала Фолкнеру лекарства, достаточно для того, чтобы рыбки не умерли. Потом я сказала ему, что если он хочет финансировать изобретение, Том должен получить свою половину от реализации лекарства на рынке. Том — химик по профессии, и он постоянно проводит эксперименты. Он изобрел лекарство против хандры и отдал его Давиду Ролинсу, человеку, который содержит зоомагазин. Ролинс лишь сказал спасибо.

— Эти два изобретения единственные у Тома?

— Нет, у него были другие изобретения, но каждый раз они оказывались в других руках. Потом я решила, что дальше так продолжаться не может. Я решила сама взяться за дело. Фолкнер мог бы сразу дать Тому пять тысяч, а затем платить ему проценты за изобретение.