Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

— Говорите.

— Может быть, из-за того, что мне нравится ваше лицо, а может быть, потому, что хочу пофилософствовать. Вы женаты?

— Нет.

— Когда мужчина владеет женщиной, он приобретает очень своеобразную собственность. Это своего рода зеркало настроений, одушевленное эхо его собственных иллюзий. Он получает обратно точно то, что дает. Во время медового месяца он смотрит на нее как на ангела, а она на него — как на бога. Наступает период взаимного обожествленного восхищения. Потом очарование проходит, и мужчина приобретает работающего партнера.

— Продолжайте.

Ее глаза сверкали из-под полуприкрытых век.

— Затем, — продолжала она, — мужчина нередко начинает мучиться. Его начинает раздражать замкнутость обстановки. Он страдает, что потерял свободу. Тогда он делает одно из двух. Или начинает изменять в спокойной, непринужденной манере, или же начинает «пилить» и ныть. В любом случае он демонстрирует, что его собственность — жена — потеряла в цене.

— И что же затем?

— А затем, — сказала она, — он получает то, что заслуживает.

Если он умен, то ведет себя «свободно» настолько, насколько считает нужным; если же неглупа жена, то она «дает» ему столько свободы, сколько ему нужно для того, чтобы он почувствовал себя счастливым. Вот тогда домашняя жизнь становится безоблачной. Мужчина может продолжать лгать своей жене, он может ныть потихоньку, но он всегда будет считать свою жену ценным приобретением. Ну, а если он начинает считать ее занудой, тогда жена прикрывает дверь домашней тюрьмы очень-очень плотно, мистер Мейсон, закрывает ее и выбрасывает ключ.

— Что вы и сделали?

— Нет, что я собираюсь сделать, мистер Мейсон.

— И как же вы собираетесь это сделать?

— Вы адвокат. Вы раскрыли мою маленькую уловку с акционерными доверенностями, не так ли, мистер Мейсон?

— Да.

— Ну, и что же из этого последует?

— По поручению вашего мужа я сделаю так, что подложные доверенности не будут иметь силу при голосовании.

— То есть мой муж, как обычно, будет контролировать собрание акционеров?

— Вот именно.

— Вы слишком умны, мистер Мейсон. И вы хорошо знаете законы. Может быть, вы и сделаете это. Но я гарантирую, что вы забьете гол в собственные ворота.

— Что, что? — спросил Мейсон.

— Лучше послушайте.

Она нарочито продемонстрировала свои красивые ноги, меняя позу на диване, протянула руку к телефону и попросила телефонистку соединить ее с окружным прокурором.

— Отдел заявлений, пожалуйста.