Дела Тайной канцелярии

И тут же почувствовал, как его самого затрясло. Пока они находились на маршруте, было совершенно не до этого. А сейчас внезапно заболели руки и плечи, и Афонсу с совершенной ясностью понял, что, сложись все по-другому, испугайся он и прими иное решение, сейчас бы некому было их обнимать. В самом лучшем случае та «скорая» у финиша, ревя сиреной, мчалась бы сейчас к ближайшей больнице.

– Да ладно вы, ну все, – Ана принялась похлопывать Хосе по спине, – сейчас в лагерь придем, поедим, нальем тебе. И мне.

– А мне ведро ромашкового чая Мануэля, – старательно усмехаясь, добавил Афонсу.

– Да, да, – Хосе осторожно отпустил друзей, улыбнулся и тщательно вытер слезы, стекающие по щекам, – пожрать и выпить – вот то, что сейчас нужно.

В лагере их встретили веселая толпа и запах жареных колбасок. И Мануэль. Он стоял позади всех и пристально смотрел со странной, совсем не свойственной Мануэлю улыбкой.

– Мы все просрали! – громко доложила Ана и поклонилась.

Вокруг послышались возгласы.

– Был обвал. Объявили, что какая-то команда под него попала. Вы в порядке?

– Я потом расскажу, – так же негромко ответила Ана, и Паула, кивнув, заулыбалась.

– А вам тут Мануэль приготовил сюрприз. – Она показала рукой в сторону костра. Все расступились, и взгляду Афонсу открылся импровизированный стол из трех туристических ковриков, уставленный снедью так, что на нем не осталось свободного места.

– Я думаю, самое время оценить подарок, – проговорил он."

"Выпив глоток и съев три колбаски и булочку, Афонсу понял, что ему окончательно полегчало. Теперь происшествие на скале уже не стояло перед глазами.

– Так, солнышко, – наконец обратился он к Ане, – проследи тут, чтобы никто не ушел обиженным, а я за гитарой. Думаю, пора.

Ана кивнула с набитым ртом. Мануэль встал и направился к палатке. Афонсу тоже поднялся.

– Я сейчас, – сказал он.

Он догнал Мануэля.

– Отойдем?

– Конечно.