Дела Тайной канцелярии

Ментор шпарил, как по учебнику: ни одного конкретного ответа, обтекаемые формулировки, позволяющие колдуну самому себя обмануть. Почему нет проверки? В дом зашел незнакомец! Или Ана решила, что Афонсу удостоверился во всем сам, поэтому и привел этого Мануэля так спокойно? Но Афонсу ни в чем не удостоверился. Если бы ментор Педру сам специально не выдал себя, от души подшутив над Афонсу, он бы ни в жизнь не догадался, кто перед ним. Или догадался, но было бы слишком поздно. Какими смешными и нелепыми теперь казались Афонсу обычные проверки ментора с кольцом.

Скрипнула дверь.

– Так мне поможет кто-нибудь? – В комнату ввалился Хосе и с грохотом поставил на пол тяжеленные даже на вид сумки.

– Да, сейчас. – Афонсу кинулся к нему. Вся надежда на Хосе. Пусть, ну пусть он спросит, кто это сидит за столом в гостиной.

Ана подняла голову и округлила глаза:

– Ты весь рынок скупил, что ли? Как мы все это попрем?

«Испанец» обернулся и тоже посмотрел на сумки.

– Можете загрузить на мой байк. Он мощный, вытянет и мои запасы, и часть ваших.

– А! О! – обрадовался Хосе. – Это же ваша машина стоит у дверей, да? Восторг полный. Вы с нами едете? А можно будет прокатиться?"

"– Конечно. Ехать в одной команде с колдунами Коимбры – огромная честь для меня.

– Ух ты, здорово! – Хосе отпустил сумку, вытер руку об штаны и протянул ее гостю.

– Я – Хосе, – сказал он.

– А я…

Афонсу бросил взгляд на часы. Мучительные, позорнейшие пять минут наконец-то закончились.

– Это ментор Педру… – выдохнул он.

– Что?! – хором воскликнули Ана и Хосе, и Ана добавила, от удивления уронив ручку: – Ментор, это правда… вы?

Педру снял очки и с негромким стуком положил их на стол.

– Вы очень догадливы, сеньора, – усмехнувшись, повторил он, и снова добродушие словно смыло с его лица, – но в одном вы ошиблись.

И Афонсу увидел, как стремительно бледнеет лицо Аны.

– Кольцо… – прошептала она.

– Вы про какое? – Бештафера поднял брови. – Про это?

Он снял кольцо с анархией и положил его на стол.

– …Или это?.. – Перстень с львиной головой лег рядом. Афонсу, судорожно сглотнув, глядел на руки ментора. Совершенно пустые и чистые.