Дела эльфийские, проблемы некромантские

Только отъявленных злодеев здесь ждут вечные мучения, а всех остальных — идеальная жизнь.

— Идеальная нежизнь, — поправил я. — Не все стремятся к вечному покою, Локсли.

— Да, — легко согласился друг. — Мне сложно тебя тут представить, откровенно говоря. Так как же ты сюда попал?

— Ты уже сказал. Все беды от женщин, — хмыкнул я. — А мое личное проклятие за мной даже в загробный мир увязалось.

— Ты про Полли? — удивленно переспросил Локсли. — А не маловата она для тебя?

— Типун тебе на язык, — ужаснулся я. — Она мой друг.

— Не спас?

— То есть?

— Она-то здесь как оказалась?

— А вот, собственно, та еще история. И Аарон сказал, что ты, возможно, сумеешь нам помочь.

Я коротко пересказал ему, как оказался здесь и как Полли и компания отправились меня спасать. Локсли только улыбался и качал головой.

— Я смотрю, скучать тебе не приходится, но угодить в рабство — это даже для тебя слишком.

— Да знаешь, я тоже понял, что это не мое… — усмехнулся я. — Слушай, дружище, я, конечно, невероятно рад тебя видеть, но все-таки хотелось бы отсюда выбраться, учитывая, что за меня тут досрочно умерла целая делегация.

Друг загадочно улыбнулся:

— Вот ты всегда надо мной смеялся из-за книг, а между прочим, знание — сила. А уж если это знания из библиотеки Сожженных Книг…

— Что это вообще за библиотека такая?

— О, — восхищенно вымолвил Локсли, и в глазах его зажглось давно знакомое мне легкое сумасшествие вечного ученого.

Фактически загробный мир поделен надвое. Есть собственно жизнь после смерти, а есть проходное время-пространство, которое играет роль своего рода предбанника. Туда попадают люди при смерти или те, кто в связи с чем-то пожелал попасть в загробный мир, самоубийцы, например, или твоя спасательная команда."

"Если душа искренне жаждет скорее воссоединиться с миром мертвых, то она в Междумирье не задерживается.