Действуй, жена!

— Тебе зачем? — фыркаю я. — Просто проводи меня в аэропорт. Я улечу к сестре.

— Пирогов тебя везде найдет. Это отморозок из девяностых, — бубнит Ромка. — Я его хорошо знаю.

— Зачем жениться на мне? — я смотрю внимательно на Леху и пытаюсь понять, о чем он думает. Когда-то давно я бы голову отдала за подобное Лешкино предложение. Но, став старше, поумнела. Теперь на таких вот персонажей смотрю спокойно. «Улыбаемся и машем!» — самая лучшая тактика.

— Мы поженимся, — совершенно серьезно говорит Лехес. — Сыграем пышную свадьбу.

Это обязательно, Кирюшенька. Я помогу тебе избавиться от Пирогова и пустить его по ложному следу. Не спорь, я точно знаю, что блог ведете вы с сестрой, — когда я подрываюсь с места, рычит он. Сильно сжимает мое запястье и признается как ни в чем не бывало: — Меня достали мать и сестры. Но мне с ними ссориться неохота. Ты, как моя жена, должна поставить их на место. Другого пути у тебя нет, Шакира, — заявляет этот нахал. — Или соглашайся, или я зову обратно Игоря Петровича. Извинюсь перед этим душевным человеком и верну тебя. Да еще и свои наработки представлю. Ты думаешь, я не искал эту Дерзкую Анжелику?

— Леша, — лепечу я, но натыкаюсь на строгий взгляд Ромки. Кошусь на Леху и вижу, как играют желваки на его скулах.

«Твою мать, — ужасаюсь мысленно, — кажется, я влетела по-крупному!»

— Я могу простить твои выходки, Шакира, — строго отчитывает меня Воскобойников. — Но другие люди не настроены так благодушно. Если я вычислил, найдут и другие. Поэтому пока блог свою работу не останавливает, но вы с сестрой тискаете пару статеек про меня, про Пирогова, а затем пишете о ком угодно из Голливуда.

О Анджелине Джоли или Николасе Кейдже. Изредка публикуете статьи о третьеразрядных знаменитостях. Кто с кем переспал, кто кого послал. И ваш хреновый рупор постепенно заканчивает свою работу. Или меняете направление. Это понятно? — выходит из себя Леха и чуть из трусов не выпрыгивает. — А мы с Ромой обеспечим твою защиту, — кивает он на брата. — От тебя же требуется только одно. Нащелкать по носу наших сестер и мамашу. Житья от них нет.

— Ты должна так себя вести, — добавляет Роман, — чтобы потом любая другая невестка им показалась бы ангелом во плоти.

— Ну, ребят, я, конечно, стерва, но такой изощренной пытки не заслуживаю, — стараюсь отвертеться, понимая, что лучше быть убитой Пироговым, чем встретиться нос к носу с жабешками. В первом случае хоть мои мучения долго не продлятся. — Давайте вернем Игоря Петровича, — вздыхаю я.