Литерный поезд генералиссимуса

– Так точно! По нашим предположениям – шпион именно он! Я взял на себя ответственность и задержал его. Сейчас он находится в комендатуре.

– Вы его уже допросили?

– Допросили. Все отрицает.

– Приведи его сюда, я сам с ним потолкую. Эх, хорош чаек! Зря отказался.

Валерий Николаевич отпил еще один раскаленный глоток. Заместителю было известно, что пьет он чай совершенно без сахара – следовало быть настоящим ценителем, чтобы нахваливать застоявшуюся горечь.

– Только он того… в ссадинах малость.

– Перестарались, что ли, с задержанием?

– Не хотел идти, упирался. Пришлось применить силу. А такой сильный оказался, и это несмотря на худобу.

Через несколько минут два красноармейца из комендантской роты привели худощавого человека в офицерском обмундировании без погон. Судя по его лицу, досталось ему крепко. Перебитый нос распух, левый глаз основательно заплыл, оставив лишь небольшую щелочку для обзора, а правый, здоровый и оттого выглядевший невероятно огромным, посматривал зло.

– Садись, – спокойно сказал полковник, указав на стул.

Майор Гнедой сел.

– Рассказывай, к кому ходил?

– Мне не о чем рассказывать, – произнес задержанный.

– Если не расскажешь, тогда тебя придется расстрелять!

– Расстреливайте, – равнодушно вымолвил Гнедой. – Теперь мне все равно. Но скажу одно: я не диверсант, а железнодорожник, строитель. Отдайте мне команду наладить переправу через реку – и я сделаю! Прикажите проложить железную дорогу через топь – и она будет проложена!

– А ты думаешь, строитель не может быть диверсантом?

– Товарищ полковник, – вошел в кабинет заместитель, – к вам военврач капитан Климова рвется.

– Что значит – рвется? – недоуменно переспросил полковник Мишин.

– Охрана ее не пускает, объясняют, что у вас срочное дело, а она опять за свое: нужно поговорить с полковником Мишиным."

"Полковник Мишин невольно пожал плечами. Капитана медицинской службы Надежду Климову он знал без малого год.

– Пропустите ее, – распорядился Мишин, на какое-то время потеряв интерес к задержанному.