Даже не мечтай!

Дорогой камзол из светлого шелка, золотая цепь с подвесками, лежащая на плечах, подчеркивал его статус, но любой взглянувший на мужчину и так не усомнился бы в его праве на власть.

Увидев Иссиэля, лорд Станаэль приветливо кивнул, указывая ему на кресло:

— Присаживайся.

— Какие новости? — единорог понял, что встреча неформальная и немного расслабился.

— Блекрайна опят пытались убить, — устало сказал лорд, — горная княжна бегает за ним по всему замку, степнячка сквасила все молоко в погребе, а полсотни оболтусов из Яблочных Садов опять подрались с двумя дюжинами из Зеленого Ручья, и это только за сегодня!"

"Верховный лорд устало откинулся в кресле, а Иссиэль потаенно улыбнулся.

А дядя еще удивлялся, что сильный и способный племянник не пожелал учиться на вожака, а после завершения обучения и службы службы стал сборщиком «дани». Такой груз ежедневных забот способен и скалу раздробить в мелкие камни. Пусть уж лучше дядины сыновья копят силу и сидят за талмудами, разбирая, кто виноват в скисании продуктов и сколько палок следует выписать побитым юнцам.

Однако новости не радовали. Самой важной конечно была весть о покушении. Иссиэль скрипнул зубами. Когда в скромной фермерской семье из южного отрога долины родился черный единорог, несколько доморощенных провидцев и провидиц заявили, что это явление греха, наказание и зло в новом обличье. Мальчишку советовали убить. Лорд запретил это делать, заявив, что единократный оборот после родов это не показатель.

Парнишка рос слабеньким, и всевозможные чокнутые не особенно докучали его семье, надеясь, что его погубит очередная хворь, которые цеплялись к нему с завидной регулярностью.

Вопреки всему Блекрайн дожил до полового созревания, прошел обучение в замке и… вновь обернулся черным единорогом! После этого верховный лорд запретил ему покидать замок, а покушения на его жизнь возобновились. Дошло до того, что парень начал прятаться от сородичей и пристрастился к огородному делу, проводя дни в обществе грядок и садовых ножниц.

Как он познакомился с гордой княжной Омиллон, никто не знал, но приметливая верховная леди забила тревогу. Она-то питала надежды, что красавица, которой были предсказаны только дочери, станет женой ее сына и изменит ситуацию в долине. Ведь как только родится девочка-единорог, пришлые невесты понемногу отойдут в прошлое. А теперь на парня снова покушались.