Дарующий мир

Просто в тот момент я очень чётко понял, что вообще не имею никакого представления, что у него там в голове творится.

-Дамил Лусалович, - Иван тогда ещё ужасно картавил. - А вы иглать умеете?

-Умею, - осторожно заметил я, совершенно не представляя к чему нас это может привести.

-Научите? - вот так вот просто и в лоб.

-Научу.

Играли мы не так уж часто. Иногда я притаскивал шахматную доску в зал, и пацаны в перерыве разглядывали её, трогали фигурки (порой перекидывались ими), и что-то рассказывал про фигуры, ходы, комбинации, намекая на то, что для хорошего борца так же важно уметь думать наперёд.

Мальчики слушали, кивали, но по-настоящему вникал только мелкий Ларин. И вот же странная вещь, чем больше он погружался в мир чёрно-белых фигур, тем больше он включался и в тренировочный процесс. Больше не шугался других детей и даже начал пробовать отрабатывать контактные приёмы.

И тогда я сделал свой ход конём, вручив Ваньке в руки этого самого “коня” и велев в один из перерывов рассказать про фигурку, которую другие дети упорно звали “лошадью”.

Это был его звёздный час. И может быть, для остальных сей эпизод прошёл незаметно, а вот у Ваньки глаза горели так, что я понял, что вся эта эпопея с детской секцией стоила хотя бы того, чтобы сделать счастливым одного-единственного человечка.

Как-то незаметно Ваня всё-таки вписался в тренировочный процесс, и я выдохнул. Ваньке везло, и его супер-занятые родители часто задерживались, некритично, но тем не менее, обычно у нас с ним было немного времени на быструю игру.

Лишь однажды наша схема дала сбой, когда я не мог остаться с ним поиграть, ведь нас с Верой и Стасом ожидал официальный выход в свет. Я специально не стал звать Ваню к себе в тренерскую, а его сумбурные родители умудрились опоздать чуть ли не на час.

Уже и брат со своей девушкой приехать успели, а мелкий всё сидел на лавочке и откровенно страдал. Я тогда почувствовал первое разочарование в Екатерине Алексеевне, как я называл её про себя в те моменты, когда хотел отгородится от неуместной симпатии к матери Вани.

Хоть мальчик и утверждал, что за ним должен приехать папа, я всё равно злился именно на неё. Как можно было забыть про собственного ребёнка?! Я на миг представил, что произошло бы, если бы Саша вдруг заставил так долго ждать кого-нибудь из нас. Сама ситуация моделировалась слабо, потому что несмотря на вечную занятость, если Александр Чернов что-то обещал, то он обычно это выполнял.