Дарующий мир

“Маму” новость не обрадовала, но силы воли воздержаться от комментариев ей хватило.

Дальше вечер шёл по намеченному сценарию, пара тостов за меня, за мужа, за Ваню, за родителей и не чокаясь за тех, кого с нами уже нет. Мне вручили ещё один конверт с деньгами, сумма была менее внушительная, чем перевёл мне Слава, но я искренне была благодарна.

-Вань, а как твои тренировки? - поинтересовался Виталий Игоревич, когда я уже подала горячее.

-Хорошо, - безразлично буркнул сын, обречённо глядя на полную тарелку еды, которую ему наложила бабушка.

-А успехи как твои?

-Никак, - ответил вместо сына мой муж. - Пап, да и какие там успехи могут быть? У них там детский сад, не спортивная школа. Мы вот его осенью отдадим на каратэ, к настоящему тренеру. Я уже нашёл. Да, Ванька? Пойдёшь на каратэ?

Ваня замер. В принципе, я тоже, даже глаза округлила, не веря в услышанное. Славин вопрос скорее носил риторический характер и не требовал от ребёнка конкретного ответа, поэтому муж в том же темпе продолжал рассказывать что-то своему отцу, когда Ванька выкрикнул уже знакомое мне:

-НЕТ.

Не пойду.

Ларин недовольно сдвинул брови и настоятельно велел детёнышу:

-Иван, не сейчас.

На Ванькиных глазах тут же выступили слёзы, и он, резко подскочив на ноги, вылетел из комнаты. За столом повисла давящая тишина и отчего-то все уставились на меня. Я сглотнула, а потом не сдержалась уже сама:

-Научись его слушать! - сквозь зубы процедила я, откидывая салфетку с колен в сторону и следуя за сыном.

* * *"

"Была поздняя ночь.

Ваня уже давно спал в своей постели, успокоенный моими заверениями, что никуда его не переведут от Дамира Рустамовича, если сын не захочет сам. Ребёнок долго ворочался в кровати, пока я боролась со своим ощущением тупиковости. Получалось, что полностью разорвать общение с Дамиром я не могла, Ваня бы не простил, и видеться дальше, не чувствуя к нему ничего, я не могла. Мы словно шли по сжимающейся пружине, которая всё сильнее и сильнее притягивала нас друг к другу. И всё внутри меня буквально замирало и трепыхало от того… что могло ждать нас дальше. Замирало, а потом взрывалось от возмущения, что так нельзя, не то что допускать, но и думать. А ещё где-то рядом витало предчувствие неминуемой катастрофы. И я вдруг поняла, что несмотря ни на что, я сама рано или поздно сделаю шаг в эту бездну.

-Кать, я устал от ваших с Ваней истерик, - выдал Слава, когда я, окончив уборку в доме, пришла в нашу спальню. Говорил он не громко, но с чувством.