Дар любви

Поэтому шериф хотел добиться справедливости. А тот факт, что двое убитых были темными личностями без очевидных средств к существованию, совсем не казался ему значительным. Имела место перестрелка. Три человека погибли. Рэй Коултер обвиняет Крида Мэддигана в нападении. Этого Брику Камерону было достаточно, чтобы составить обвинительное заключение. Он отнюдь не собирался отправлять Крида в Гаррисон, чтобы тот нес ответственность за убийство Гарри Коултера. Он хотел отдать его в руки правосудия здесь, в Сан-Франциско. Так было нужно шерифу.

Дверь в конце коридора распахнулась, и Крид перестал ходить из угла в угол. Через несколько мгновений перед его камерой, покачивая головой, стояла Энни Росс.

— Ну, мистер Маклин, похоже, вы попали в полосу невезения.

— Да, мэм. Но зовут меня Мэддиган, Крид Мэддиган.

— Мэддиган! — всплеснула руками Энни. — Боже правый.

Крид схватился за решетку:

— Вы видели Джесси? С ней все в порядке?

— Она чувствует себя нормально. Еще немного слаба от потери крови, но поправляется.

— А малышка?

Энни прижала руки к своей обширной груди.

— Чудесный ребенок. Просто восхитительный.

— Скажите, Джесси знает, что я здесь?

— Боюсь, что да. Шериф Камерон разговаривал с ней сегодня утром. Он расспрашивал о том, что случилось в комнате мистера Коултера, и заставил ее подписать заявление.

— Она все еще в клинике?

— Да. Доктор хочет подержать ее подольше, еще хотя бы недельку, пока она не наберется сил. После родов и ранения, она как пушинка на ветру. Но вы не волнуйтесь, мистер Мэддиган.

— А что слышно о Коултере?

— Он все еще в больнице с тяжелым сотрясением мозга. Уайт говорит, что мистер Коултер большую часть времени проводит, рассказывая тем, кто готов его слушать, как вы вломились в его комнату, разыскивая свою жену, а когда она заявила, что не хочет уходить с вами, применили силу. По его словам, Роза пыталась ему помочь, но вы ее застрелили.

— Проклятье, — пробормотал Крид и почувствовал со стороны Энни осуждение. — Извините меня, мэм.

— Я вовсе и не думала, что все случилось так, как говорит Коултер, — сказала Энни Росс.

— Все было совсем не так. Но, послушайте, Энни, мне позарез нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня.

— Если смогу.

— Я хочу попросить вас отправить телеграмму судье Пэкстону.