Дар

Похоже судьба решила с особым цинизмом посмеяться над тобою, Витар.

Спасибо хоть не вырывается. Сбежать уже пыталась…Давай теперь, добивай ее рассказом о своих былых подвигах. И если после этого она от тебя не сбежит, то можно будет смело утверждать, что весь этот сносящий голову бред, тебе, мой друг, просто привиделся.

— Поделитесь?

Ну, вот и всё. Просьба озвучена и серые глаза смотрят в ожидании. Праматерь, не иначе, как твои шутки? А ведь девочка и вправду солнечная… Кожа почти светится и я знаю, какая она нежная на ощупь.

И, духи гор, в этом платье, Илия…хотя нет, Октария не менее прекрасна, чем без него. Ну что, гордый сын Иссолии, не ожидал, что эти дни окажутся таким испытанием твоей выдержки, пока ты оберегал и пытался поддерживать ее измученное тело? Подбери слюни, котяра. Она тебя воспринимает, как порядочного варда. И мысли свои грязные оставь при себе. Впрочем, вряд ли после твоих откровений она будет считать тебя хотя бы благородным. Боишься увидеть в этих глазах презрение? Ну, да ладно, ведь все равно же кто-нибудь добрый ей всё поведает. И приукрасит. Лучше сам.

— Было бы странно не рассказать своей невесте о том, кем является её жених, — я разжал руки без удовольствия выпуская хрупкую фигурку из объятий и жестом предложил Октарии присесть на диван. Она немного нервно усмехнулась, на фразу о женихе и невесте, но с готовностью заняла предложенное место, изящно опускаясь и небрежно расправляя складки на платье. В этой девушке с изысканными манерами сложно было узнать ту верейскую наемницу, которую она ещё недавно изображала.

Сейчас передо мной сидела молодая аристократка, каждое движение которой было отточено годами обучения этикету впитываемыми с рождения. Огонь свечей отбрасывал блики на копну подсохших, но не убранных пока в прическу волос цвета плодов шоколадного дерева, что привозят торговцы с далекой Аралии. Она переплела длинные пальцы и сложила руки на коленях, глядя на меня ожидающе. Я сел напротив, решая с чего начать, раз уж эта исповедь была неизбежна. "

"— Рассказать придется о многом, а времени к сожалению у нас мало… — сделал я последнюю попытку малодушно оттянуть начало. — Начну, пожалуй, с моего отца. Карил Иссольский был старшим сыном в семье деда, Нарута Иссольского, прозванного Завоевателем. Кроме отца наследниками считались его младшие братья Арот и Фейд. Нарут ушел в луга вечной охоты более шестидесяти лет назад и отец принял правление. Дед не зря носил свое прозвище.