Дар

— Что ж, начнем пожалуй! Думаю, твоя родня тоже поприсутствует, дорогое дитя. Потом сможете пообщаться, вы ведь столько не виделись. Я ведь не зверь, раз Великий Отец не лишил тебя памяти, значит на то его воля. Зря ты не призналась раньше, не пришлось бы столько перенести…

Желание закатить глаза было почти нестерпимым. Он серьезно?

Дальнейшее было подобно странному сну. «Вот оно, вот оно, уже сейчас!» — шептало что-то внутри. Мои ноги отчего-то стали ватными и я передвигала их скорее по инерции.

Локут продолжал меня тянуть куда-то, даже что-то говорил, кажется обещая, что лично обо мне позаботится.

И, кажется, я отвечала и даже не хамила. На самом деле слыша лишь стук собственного сердца и вспоминая слова и голос Древней."

"Три силы создали этот мир, дитя. Но создатели не всегда долго играют со своими новыми творениями. Так вышло, что Великий Отец-Солнце совсем не интересовался делами смертных, ему хватало их молитв и той доли силы, что он дарил избранным. По сути, ему и сейчас всё равно, поэтому именно его жрец и сумел набрать такую силу, используя запретную магию Хамзы.

Харам — сила преисподней, порождение Хаоса, то что противно самой природе созданного мира. Эта магия может жить лишь в телах разумных, питаясь жизненными силами. Её суть настолько чужда, что даже я не справляюсь с ней до конца. Ты знаешь, я помогала, но загнать зло откуда его вызвали не в моей власти. Как и моей сестре. Её в этом мире зовут Праматерью. Она та, кто породил двуликих. И Мать-кошка тоже пыталась бороться. Сила Белого Зверя — это её дар этому миру. Когда-то нам удалось выдворить это зло с Террии. Но не сейчас, ведь его призвал тот, кто владеет светом. А Всеотец молчит. Снова молчит.

Розовая заря окрасила Иссольские вершины. Мне в лицо удалил насыщенный запах весенних цветов. Равнина была покрыта ярким ковром бутонов, что открывались первым лучам солнца, призывая насекомых их опылять. Их век так короток, а они гибнут под ногами тысячи воинов и их лошадей. Жаль…

Странные мысли в такой момент.

Я щурюсь от света. Кругом сплошной стеной стоят войска армии Карила и Храма. А напротив четкой цепью по горам виднеются силы Иссолии. «Горлышко» ещё не коснулись лучи и оно темнело провалом среди скал.

— Зови, Илия!

Я вздрогнула. Сцена была подготовлена, почте все актеры заняли свои места. Штандарты реяли над головами молчаливых солдат, готовых в любой момент сорваться с места.

Мне не понадобился зов. Витар появился из «горлышка».