Дар

На двух сидели сдержанно, но богато одетые женщины, в которых я угадала мать и сестру Иссольских. Селения была бледна, как молоко, а глаза блестели от сдерживаемых слез. Было видно, что она держится из последних сил и от ее вида мне вдруг стало действительно страшно. Арлина же не стесняясь смотрела на меня. Девушка тоже была взволнована, но, похоже, любопытства в ней было не меньше чем в Генте. Она была очень похожа на Ренара в женском варианте, только, разумеется, достаточно хрупкая, но сходство легко улавливалось.

А вот черты матери были ближе к Витару, лишь цвет волос у веры Селении был черный, а вот глаза такие же зеленые. Женщина лишь на миг взглянула на меня и поджав губы опустила глаза. У меня дрогнуло все внутри от сочувствия и собственной тревоги."

"В последних двух из занятых кресел сидело двое мужчин — степенный вард в годах с темно-коричневой косой до пояса и спокойным взглядом, а рядом его почти точная копия, (почкованием, что ли эти варды детей делают?) но моложе лет на пятьдесят, если я правильно разобралась в возрастах этих оборотней.

— Вер Фейд и вер Ластр, его сын, — тихо просветил меня Гент, склонившись к самому уху. В этот момент Фейд как раз повернул ко мне голову и будто понял, что речь шла о нем, вежливо слегка склонил голову в приветствии. Я поступила так же.

Пока новые родственники не сильно пугали, но кто знает…

В этот момент по рядам прошел нарастающий гул и все взоры обратились к лестнице по которой сейчас спускались трое.

Мои глаза распахнулись и всё окружающие перестало меня интересовать.

Я смотрела только на них. Первым шёл жрец, его я определила безошибочно по когда-то виденной в книге иллюстрации. Это был мощный старик с посохом в руке на конце которого болтались несколько пушистых хвостов. Седые волосы разделены на три части и перехвачены серебряными зажимами на уровне шеи, а на теле надеты только ожерелье с руной мудрости Отил в центре и набедренная повязка, едва-едва что-то прикрывающая. Он вышагивал важно, сверкая лукавыми глазами.

А следом шли Ренар и Витар. Только если первый был одет по всей форме и этикету в строгий камзол темно-серого цвета, то на моем варде не было ничего кроме такой-же мало что скрывающей повязки. Он был босым и его волосы развивались по ветру. Да только грацией и гордой осанкой он превосходил любого разодетого в пух и прах. Его нагота была…естественной, что ли! Я на миг залюбовалась скульптурными мышцами и столь нравившимся мне профилем.