Дань псам. Том 1

Случайность это или так задумано? Намерение помогает проложить маршрут, десятки лет опыта позволяют предугадать, как разойдутся вверх и вниз волны от него, но можно ли действительно предугадать исход?

Нет, конечно же, ни о чем подобном она не думала. Судорога в левом запястье убила всякие мысли, кроме мыслей о том, отчего вдруг свело мышцы, какие травы заварить, чтобы унять боль… И разве можно назвать эти заботы незначительными?

А вот еще девочка, что глядит в печальные глаза волу, стоящему в упряжке у «Женских прелестей тетушки Корб», куда уже с колокол назад ушла ее мама.

Конечно же, мама проводит там время с дядей Дорутом («только никому не говори!»), и с ним явно веселее, чем с волом, который умеет лишь реветь. Животное в ответ глядело влажными и претемными глазищами, и если проникнуть в мысли обоих, станет ясно, что вол думает только о том, как тяжела упряжка, а телега еще тяжелее, и как было бы приятно лечь и отдохнуть. Девочка же думает только о говяжьем рагу – словом, перед нами не малолетний философ. Впрочем, пройдут годы, и у нее самой будет свой «дядя», о котором нельзя никому говорить, и всё те же плоды брака с надоедливыми косточками, что и у матушки.

Ах да, а солнце-то уже высоко и заливает радостным светом достославный город, словно благословляя все значительные дела. Как же вдруг захотелось, аж руки чешутся, стащить пылающий шар с неба и запихнуть его прочь – прочь! – во тьму с ее всепоглощающей чернотой, где происходят вещи столь значительные, что от них прокатывается дрожь от небес до самых – ну или почти до самых – корней земли.

Так поди же прочь, требует пузатый коротышка, ибо это его рассказ, и он хочет, чтобы ему были свидетели. Приближается ночь прибытий, а с нею и деяния прибывших! Да не будет забыто ничто значительное, да не будет незначительное мниться таковым, а если кто вдруг так подумает, то пускай вспомнит про мелкого воришку, торговку и стражника, про женщину-гончара, девочку с волом и про дядю Дорута, уткнувшегося лицом между ног чужой жены.

Пускай задумается о том, как они все кончат (простите!) грядущий день."

"Да, и не забудьте про рассказчика и его мудрые подмигивания. Узел истории затягивается!

В ночи, среди теней быстрый промельк не заметил никто, кроме надоедливой кошки на пороге усадьбы. Янтарными глазами она следила за смазанным силуэтом, перебегавшим от укрытия к укрытию. Вот он пересек двор и растворился в темноте под стеной.

Торвальд Ном чувствовал, что прокля́тое животное видит его.