Дамский выстрел

Бумаги пропахли соляркой и машинным маслом, они покоились на корабле семь лет, храня тайну, за которой охотились две ведущие разведки мира.

Механик корабля арестован и уже дал показания. Он случайно нашел папки во время ремонта машинного отделения. Механик заглянул внутрь и сообразил, что к чему. Одно из дел было в конверте с написанным от руки адресом. Механик отправил его обычной почтой. Когда разразился шпионский скандал, у него возник план, как извлечь из находки выгоду. Механик вступил в контакт с американской разведкой.

Андреас Станкевичус тоже арестован, однако хранит молчание. Он каким-то образом догадался, где спрятаны документы, и первым оказался на корабле. Его беда в том, что, действуя под пиратской легендой, он терял время на переговоры с владельцами судна, а не на обыск корабля. Но ничего, ему еще развяжут язык, и с московской фирмочкой, куда ушло письмо, разберутся. Но особенно не позавидуешь механику. Ему придется вспомнить поминутно все, что он делал с момента обнаружения документов, и всех, с кем контактировал.

Это уже работа других специалистов. Коршунов свою задачу выполнил. Секретные досье найдены. Становится очевидным, что в гостинице «Дона» инсценировки не было. Олег Назаров погиб, а от чьей руки, несущественно.

Кирилл Коршунов сложил документы в пластиковый пакет и примотал его скотчем к животу. Он не выпустит их ни на секунду. Где он, там и документы. Он передаст их лично в руки… Кому? Кто способен отменить решение по Светлому Демону?

Коршунов вошел в радиорубку эсминца, приказал установить связь с Москвой и велел всем выйти.

— Неоценимый вклад в поиск досье внесла агент Светлый Демон. Я уверен, она будет полезна нашей службе. Отмените приказ.

— Какой приказ? — удивился Рысев.

— О закрытии проекта «СД».

— Ах, это. Обстоятельства выше моих сил. Мы не можем больше работать по меркам 90-х.

"— Так оставьте ее в покое. Дайте спокойно жить.

— Кому? Исчадию ада, демону?

— В каждом из нас живет и ангел, и демон.

— Ах, вот ты как заговорил… — Голос генерала окрасился сталью: — Сколько дней я тебе дал на выполнение задания?

— Шесть.

— А сейчас седьмой! Ты не успел. Ничего изменить уже нельзя!

— Как нельзя? Но вы же…

— Если пуля выпущена, ее не остановить. И потом, подумай сам, она слишком много знает. В том числе о тебе.