Дамский выстрел

 — Я вспомнила тот роковой вечер. Я не раз возвращалась к нему, пытаясь понять, что же тогда произошло? Часть тайны Коршунов приоткрыл мне недавно в Валяпинске. Но главная загадка то выплывала из густого тумана времени, то исчезала в нем вновь, мелькнув неведомой гранью.

— Поверь, я рассчитывал провести две недели рядом с тобой. Мне знакомы эти места, здесь я поступил в военное училище. Я хотел найти повод, чтобы сообщить тебе, что я жив. Даже номер снял в том же отеле. Соседний, с единым балконом. Помнишь, как той ночью на этой кровати…

Это было частью тайны, которую мне поведали.

— А что было за час до этого, тебя не волнует? В 308-м номере совершенно другого отеля!

— Я знаю.

— А вот мне далеко не все понятно.

— Мы к этому и подбираемся.

— Так не тяни резину!

Мой новоиспеченный муж с семилетним засекреченным стажем совместной жизни сунул руку в дорожную сумку, с которой не расставался в самолете, и вынул навороченный смартфон.

Коршунов включил смартфон, ввел код и повернул электронное устройство ко мне. На дисплее высвечивалась страница с грифом «Совершенно секретно».

— Что это? — спросила я.

— Компьютер и телефон одновременно, дополненный специальными программами.

— Я про фотографию на экране.

— Это не фотография, а результаты закрытого расследования, проведенного Конторой после смерти Назарова. Можешь листать."

"— Хотели найти убийцу? — дерзко ухмыльнулась я и закинула ногу на ногу. На мужчин это всегда производит впечатление, тем более что короткое платье обнажало ноги выше некуда, а сидела я в низком кресле. Но муженек и глазом не повел. Секретные документы превратили его в офицера спецслужбы со стальными нервами.

— Здесь все собранные материалы. Компактно и удобно. А сволочь Назаров украл папку толщиной в два пальца! Куда попало ее не спрячешь. Мы обыскали каждую щелочку в его номере, и не по одному разу. Прошерстили все места, где он побывал, но… Досье исчезли.

— Может, ваш коллега-шпион их сжег?

— Он не мой коллега, — твердо ответил Коршунов. Трансформация в спецагента была необратимой.

— Не злись. Я просто предположила, что Назаров уничтожил документы.