Лекарство от одиночества (СИ)

– Почему ты так в этом уверен? Он сказал, что помог бы мне, если бы…"

"– Взвесь, – перебивает меня Георгий и уходит. Ну, вот и что это означает? Какой странный день. Нет, он что – правда замолвит за меня словечко? Неужели Бутенко разглядел во мне особенный дар? Не зря же он мне как никто другой этот институт вспоминал.

Уношусь на годы назад, когда только-только пришла в его отделение практиканткой. Может, в те дни я как-то по-особенному себя проявила? Да ну. Какие глупости. Никакими выдающимися способностями я не отличалась.

Домой приезжаю затемно. Юры еще нет. Что неудивительно. В последние дни он вообще как будто не спешит к нам возвращаться. Свекор со свекровью смотрят какой-то сериал. Я оставляю с ними Мишку, а сама поднимаюсь наверх. Нужно же понимать, как долго продлится мое рабство, если я соглашусь на предложение Георгия. Открываю ноутбук – у нас он с Юрой один на двоих. Палец дергается, чтобы свернуть открытое окно программы, но в последний момент что-то заставляет меня присмотреться к ней повнимательней.

Дверь в спальню открывается.

– Привет.

– Привет.

– Что делаешь? – Юра на ходу снимает пиджак и открывает шкаф.

– Хотела посмотреть кое-что в интернете, а тут открыта одна интересная вкладка. Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Тонкая голубая рубашка не в силах скрыть, как напрягаются Юркины мышцы.

– Нечего рассказывать, – бросает тот.

– Кроме того, что ты сходишь с ума? Юра… Матиас ведь сказал, что твоя сперма не была использована. Зачем ты все это делаешь? Что хочешь найти среди этих карт? Своего ребенка? Так это глупо.

– Я сам решу, что глупо, а что нет. Просто не лезь в это.

– Почему? Твоя сперма не была использована! – ору я.

– А я тебе говорил, что у меня в этом нет никакой уверенности! – шипит Юра в ответ. – Я вообще не удивлюсь, если ты с Пятсом заодно.

Я вскакиваю как ошпаренная.

– Что ты хочешь сказать, а, Юра?!

– То и хочу!

– Думаешь… Думаешь, меня заело, что у какой-то левой бабы родился твой ребенок? Так заело, что мы с Пятсом решили это скрыть?

– Да.

– Озвереть, – я плюхаюсь на кровать, обхватив голову. В душе – полнейший сумбур. То, что он говорит, то, что он верит в это… Я не знаю. У меня просто нет слов. После всего, что я ради него пережила… После того, что отдала ему…

– Дети, у вас все хорошо? – заглядывает в комнату свекровь.