Дамир. Любой ценой

– Что написать? – смотрю на него и волнуюсь ещё больше, когда на короткий миг Дамир поворачивает голову в мою сторону.

На лице застыла маска злости. Губы поджаты, на лбу залегла глубокая складка.

Он рассержен, если не больше.

– Встреться. Узнай, что хочет, – его слова, как приговор палача.

Сердце пропускает удар. Сжимается внутри до болезненных откликов.

Встретиться? Как? После всего?

– Не могу, – киваю головой. Зарываюсь лицом в своих ладонях. Вздыхаю. – Я не смогу посмотреть ей в глаза. Я виновата перед ней.

Очень…

– Дин, – перебивает Дамир. – Оглянись. Видишь, вот того маленького человека?

– Причём здесь Санька?

– При всём. Всё ради него. Помни об этом и никогда не забывай!

– Хочешь сказать, что общий сын даёт мне безапелляционное право разрушать жизнь других людей? – Я на взводе. Сержусь очень сильно.

– Ты не разрушаешь. Не выдумывай.

Закатываю глаза вверх. Фыркаю.

Не выдумывай! Значит, всё, что произошло – ничего не значит для Дамира. Разве так бывает?!

– Шагаев, а ты вообще ничего не чувствуешь к своей жене? Как можешь быть таким спокойным, равнодушным, что ли?!

– Я не равнодушный, – строго чеканит.

– Просто она – не ты.

– И? Какая разница, если ты женился на ней!

Он снова ухмыляется, чем бесит меня ещё сильнее.

– Так получилось, – произносит слишком спокойно.

– Так получилось, – копирую его тон. Скрещиваю на груди руки, вжимаясь всем телом в сиденье. – Это не серьёзно. Прости.

Дамир вздыхает.

– Что ты хочешь от меня услышать? – спрашивает, но я не отвечаю, обиженно поджимая губы.

– Хочешь узнать правду? Сказать, почему я женился? Ты готова это слушать?

Глотаю в горле ком.

Готова ли я?

Не знаю. Не хочется сориться. Не хочется чувствовать боль. Наверняка, у него были чувства к этой девушке. А я не хочу слушать о других женщинах. Не хочу представлять, как моего любимого мужчину трогают, ласкают чужие руки. Не мои!

– Не надо. Не говори, – произношу после всего. – Оставь всё при себе. Оно мне не надо.

Глава 64

Дина

Жизнь возвращается на круги своя.

Я погружаюсь в работу, оставив Саньку на попечительство мамы. Мы с ней помирились. Поговорили по душам и признали, что виноваты вдвоём, каждая по-своему. Я не могу долго обижаться на родную мать. Возможно, лет пять назад, я бы поступила иначе, но сейчас нет. Я её понимаю. После рождения детей, после всех кругов ада, через которые прошла сама, я понимаю маму, как никогда."

"К Дамиру не переезжаю. Пока не могу. Что-то держит, отталкивает.