Дальний и Ближний (СИ)

В глазах столько непонимания и какой-то детской наивности. Снимаю с неё очки и убираю себе в карман.

— Морозов, прекращай, ты меня пугаешь, — упирается руками мне в плечи, когда я сжимаю своими ладонями ей бёдра.

— Зачем тогда поехала со мной?

— Ты же сам сказал, чтобы садилась в машину, — приоткрывает сладкие губки, в которые хочется впиться поцелуем.

— Ты всегда такая послушная? Я тебя не под дулом пистолета заставлял. Могла отказаться, — скольжу руками по её бедрам до попы.

Она шумно втягивает воздух и вцепляется ноготками в мою кофту.

— Не надо, Глеб, — умоляюще.

— Всего один поцелуй, — приближаю к ней лицо, пытаясь поймать её губы, но она уворачивается. — Не сопротивляйся. Ты тоже этого хочешь, я видел, как ты смотришь на мои губы.

— На них все смотрят, Морозов. Ты их в зеркало видел? Филлеры колешь?

Смешно.

Я в курсе, что мне от природы не мужская особенность досталась. Самое интересное, что ни у кого в роду таких нет. Отец шутит, что я в соседа пошёл.

— Я таким родился, могу детские фотографии показать.

— Где справедливость, а? Мужчинам губы, ресницы, задницы, а нам что?

— Белка, мы тут философствовать, и завидовать будем или целоваться? — сжимаю руками её бедра и снова тянусь к губам, но она мне их накрывает ладонью.

— Ты ещё мало плюсиков собрал.

— Каких ещё плюсиков? — нихрена не понимаю.

— В карму… Вот наберёшь десять, тогда и поцелую, — нагло ухмыляется.

— И на каком я уровне?

— Пока три.

— Три? Всего?! И за что?

— Добрый и заботливый, не пьёшь, не ведёшься на заигрывания, — загибает пальцы.

Про заигрывания ты ошибаешься… Тут я не святой. Просто в торговом центре решил не давать повода во мне сомневаться.

— Ты здесь ещё весной не была, все сопки становятся розовыми из-за цветущего багульника.

— Серьёзно? — распахивает ресницы.

— Да. Белка, у меня создаётся твёрдое убеждение, что ты не с Хабаровска.

Она ёрзает и отводит глаза в сторону.

Подозрительно всё это.

"— Ладно, не хочешь говорить — не надо. Что мне нужно сделать, чтобы шкала моей кармы заполнилась быстрее?

— Не знаю… Ты сам должен решить, — пожимает плечами.

Меня где-то обманули, и нихрена мы играем не по моим правилам.

— Белка, ты нарываешься, — дергаю за ноги, так, что она упирается своей промежностью мне в живот.

Блядь, от одной мысли об этом будто стрелой горящей пронзило.

— Извини, — вздергивает бровки и игриво проводит пальцем по своей нижней губе.