Катастрофа в подарок

Иванов встретился с полным не меньшей похоти и желания взглядом; казалось, ещё чуть-чуть, и с подбородка официанта начнёт капать слюна. Лев оглянулся на соседние столики. Внимание мужчин было приковано к губам Наташи.

Он зло рыкнул, и официант, испуганно вздрогнув, опустил взгляд в пол.

Ревнивец сделал вдох и поднялся из-за стола. Пора было уводить брюнетку из рассадника престарелых, богатых фавнов да озабоченных халдеев.

— Ты хотела танцевать?

— Да, — кивнула Наташа, — только выпью…

— Так хочешь или нет? — Он взял бутылку из рук официанта.

Учительница поднялась, с трудом опираясь на ставшие совершенно неустойчивыми ноги.

— Куда мы уходим? — Она пошатнулась, но Лев не дал ей упасть, обхватив рукой за талию. — Что-то пол тут неровный…

— В клуб! — Он шепнул Сидоровой на ухо: — Обопрись о моё плечо и постарайся идти ровно. До выхода из зала всего сорок шагов.

— Один… — начала она счёт.

Директор не знал, орать от злости на самого себя или смеяться.

Наталья покачивала непослушными бедрами, стараясь изобразить поступь пантеры.

Биологичка не рассчитала расстояния и вместо спинки стула провела кончиком пальца по лысине мужчины, мимо которого проходила, решив добавить импровизации:

— Ты такой милый…

Лысик подавился улыбкой, вызванной нежностью молоденькой красотки, встретившись взглядом с грозным взором дородной жены, и тяжело вздохнул.

Сидорову распирало от собственной грации и шарма. И эта горячая рука на её талии… Наташа была уверена, что станет подарком, данным судьбой новому директору школы неизвестно за какие заслуги. Захотелось немедленно выяснить, соответствует ли она стандартам его круга.

Брюнетка вскинула голову и, отстранившись ровно настолько, чтобы видеть лицо Льва, заплетающимся языком спросила:

— И как я тебе? — Она старалась держаться ровно, несмотря на то, что кто-то упорно раскачивал плитки мраморного пола.

Иванов споткнулся, поперхнувшись смехом, и прошипел:

— Лучше заткнись! Улыбайся и шагай молча!

Наталья кивнула:

— Понятно! — и снова тесно прижалась к плотному боку мужчины, выводящего её из этого ужасного места.

Хотя на самом деле она не поняла ничего. Что-то случилось с гортанью Льва, и он шевелил губами, не произнося звуков.